Мы просто дружим

Саня – тот самый, кто с пеной у рта доказывал, что он не желает ни за кого отвечать, кроме себя самого, тот самый, кто ценил независимость и терпеть не мог все, что сковывает его и не дает в любой момент сорваться и уехать – так вот, этот самый Саня вдруг берет и заводит себе кошку. Это ведь что-то значит, правда?

– Где ты ее взял?

– В приюте. Специально искал рыжего котенка.

У Жени сердце сначала замерло, а потом сильно и больно застучало.

– Зачем? – еле слышно спросила она.

– Надеялся, что это поможет уговорить одну рыжую кошку жить с нами. Сама же понимаешь: мне нельзя доверить такого малыша, – Он почесал Соньку за ушком.

– Господи, Саня, – болезненно усмехнулась Женя, – не прибедняйся. Тебе можно доверить что угодно и кого угодно. Ты прекрасно умеешь отвечать за других, просто не хочешь этого делать.

– За других не хочу отвечать, ты права. – Саня твердо и спокойно встретил ее взгляд. – А за тебя хочу. И за нашу кошку тоже.

– Ты говорил, что это твоя кошка, – пробормотала Женя, чувствуя, как от подступающих слез перехватывает горло.

– Моя, но если захочешь – будет наша.

Женя отвернулась, пытаясь сдержать беззвучные рыдания, от которых ее трясло. Горячие соленые капли катились по лицу, как она ни старалась их удержать.

За спиной раздался недовольный мявк Соньки, которую, очевидно, сняли с колен, а через мгновение Женьку обняли родные сильные руки, развернули и прижали к твердой груди, которая так вкусно и так знакомо пахла Саней. Теплый, чуть солоноватый запах кожи, дорогой одеколон и едва уловимые нотки геля для душа.

– Солнце мое, не плачь, – шептал он, уткнувшись в ее макушку.

А Женя рыдала и никак не могла успокоиться. Санина футболка, в том месте, куда она в нее уткнулась, уже насквозь промокла, а слезы все лились и лились.

– Жень, ты…ты выйдешь за меня замуж? – Санин голос дрогнул, а она еще сильнее зарыдала.

– Это значит да или нет? – неуверенно уточнил он через какое-то время, так и не дождавшись никакого ответа.

– Это… значит… что ты… идиот, – проговорила Женя между всхлипами.

– Но я ведь твой идиот, да? – ухмыльнулся Саня и еще крепче прижал ее к себе.

– Мой.

С него вдруг слетела вся дурашливость.

– А ты моя, – тихо сказал он и отчаянно прижался губами к ее виску. – Имей в виду, я не отпущу. Я сдохну без тебя. Уже чуть не сдох."

"– Я всегда была твоя, Саш, – Женя подняла голову и улыбнулась ему сквозь слезы. – И до сих пор не верю, что ты это наконец понял.

Они одновременно потянулись друг к другу. Нежный, почти робкий поцелуй моментально стал жадным, горячим и голодным. Женя застонала, вцепляясь пальцами в Санины плечи.