Страх потери.
Через две недели Гриша женился на Аллочке и переехал к ней. Вернее, переехал к ней он еще раньше, сразу после визита бородача.
На свадьбу – а была ли она? – Елену Степановну не пригласили. Ладно, переживем и это. На кого обижаться? На единственного сына? Ему-то сейчас хуже, чем ей. Ему еще надо пережить, кроме всего прочего, и предательство. А вот это страшнее всего."
"Через два месяца Гриша зашел попрощаться – он уезжал в Австралию, в командировку. От чая отказался, вопросов не задавал, в Ванину комнату не зашел. Елена Степановна пожелала ему удачи и перекрестила в спину.
Посмотрела в окно: Гриша медленно шел от подъезда прочь. Голова в землю, плечи опущены. Остановился и поднял голову на их окна.
Елена Степановна помахала рукой. Он кивнул.
– Вот и вся, собственно, история, – улыбнулась моя новая подруга. – Ребенка, по счастью, никто у меня не забрал. Его отец оказался вполне приличным человеком. Помогает, чем может. Ни от чего не отказывается. Ну вы же сами видели! Да! И у Гриши все, слава богу, образовалось. Работа хорошая, квартира тоже, машина чудесная. Жена его оказалась женщиной неплохой, хоть и не самой образованной. Но это все ерунда! В семейной жизни ценятся совсем другие вещи! А Гришу она очень любит и заботится о нем! Да и деньгами мне сын помогает. И за это спасибо. Так что сердце мое материнское спокойно. Ведь в нашей жизни понятие покоя – весьма относительно, верно?
Мне нечего было возразить.
– Да и в нашей с Ванюшкой жизни тоже все устаканилось и успокоилось, – продолжала Елена Степановна. – В общем – живем! Куда деваться? Как я вам говорила? Из любой ситуации есть выход! И жизнь – определенно – мудрее нас! – Она улыбнулась.
Дождливое лето того года закончилось, как все когда-нибудь заканчивается на этом свете. Мы уехали в город, обменявшись телефонами. И, как оказалось, эта встреча не была случайной или мимолетной, что часто происходит: встречаются люди, сближаются даже, а потом – исчезают с твоего горизонта навсегда, словно бешено промчавшийся поезд дальнего следования.
Мы же действительно подружились и стали близкими людьми. Ездили друг к другу в гости – на дни рождения и просто так. Выручали друг друга, поддерживали – словом, было у нас все то, из чего, собственно, и состоит дружба. Мы совпадали во взглядах на многие проблемы – короче говоря, были одного поля ягоды. «Одной крови», как говорил Маугли.
Пережили вместе и мою депрессию после развода, и вхождение – ох, нелегкое! – в новый брак. Отвели деток в школу, потом в институт. Выдали замуж мою дочку.
По телефону мы болтаем минимум три раза в неделю – это в штатном режиме. А уж если что…
Тогда мы всегда рядом. Плечом, так сказать, к плечу.
Ванюшкин отец женился – вот это поразило нас всех. Ему уже было хорошо к пятидесяти.
