"
"– Да? Алло? У тебя что-то случилось? – почему-то еще больше перепугалась я. – Ты не в Италии?
– В Италии, – ответил отец. – Вера, как ты?
Как я? На ум пришли ночной побег, заброшенный лагерь, возможное отчисление, разборки с Соболь, странная записка в двери…
– Долго рассказывать, – ответила я. – Роуминг. Но у меня все хорошо. Жива и здорова. А с чего это ты вдруг позвонил?
– Ну как… – отец на том конце провода явно растерялся. – Соскучился же.
– Ммм, – промычала я.
Сама не могла понять, соскучилась ли по нему я. Да, наверное, папы мне не хватало. Но мы так редко виделись до этого, что во время отдыха в лагере я практически о нем не вспоминала.
– Вер, мне, возможно, придется задержаться здесь.
– Надолго?
– До конца лета.
– Ого!
Но меня грела мысль о друзьях. Теперь, когда мы с Никитой выяснили все отношения и помирились, вернувшись в город, я не буду чувствовать себя такой одинокой.
– Вер, но если ты против…
– Нет, нет! Что ты! Работай, – отозвалась я. – Поживу одна.
– Тетя Соня за тобой присмотрит.
- Конечно!
Отец первым положил трубку. Я, пребывая в растерянности от нежданного звонка, подошла к ребятам, которые обсуждали предстоящий концерт и родительский день. Смеясь, Амелия и Данька, под руководством хореографа Дианы, в свете ярких прожекторов разучивали на футбольном поле вальс.
Глава девятнадцатая
Глава девятнадцатая
В день концерта после завтрака в палату воровалась рассерженная Ирка и выпалила:
– Вер, можно тебя на секунду?
Диана с горячей плойкой в руках колдовала над прической Амелии. Без привычного жуткого макияжа Циглер, действительно, выглядела совсем по-другому. Я предвкушала, как обалдеет Даня, когда увидит свою партнершу по вальсу…
– Все в порядке? – спросила Амелия, оглядывая возбужденную Ирку.
– Пока что да! – ответила Третьякова. При этом не сводила с меня выразительного взгляда. – Но с Верой о-чень надо поговорить…
– Иду, иду, – проворчала я, поднимаясь с кровати.
Сердце неприятно екнуло.
– Что такое? – спросила я у Третьяковой, когда мы вышли в коридор.
– Я сегодня все-таки решила проследить за Оксаной… – начала Ирка.
– Господи, Ира, ну зачем? – перебила я.
– Погоди! – поморщилась подруга. – Ты в курсе, что она с весны не одну тебя изводит?
– Это как? – не поняла я.
– А вот так! Я встретила их в лесу с Люсей. Оксана наезжала на Антоненко, а та в три ручья рыдала.
– А почему ты решила, что Оксана ее с весны изводит? – по-прежнему не врубалась я.
– Я дождалась, пока Соболиха уйдет, а потом перегородила путь Люсьене. Так вот, она получила от Оксаны такую же записку. Она сама мне об этом рассказала. Текст в ней – один в один!
– Но что она хочет от нас обеих?
Я понятия не имела, что связывает меня и Люсю Антоненко… Теперь мне чудился всемирный заговор.
