Оливия пока держится, кремень девчонка.
— Ого! Вы так щедры, ваше высочество, — рассмеялась я. — Это же почет, уважение, признание, в конце концов.
— Вот именно! — приподнял палец парень и хмыкнул: — Конечно, это же мои королята! Я их во всем поддержу и буду проталкивать, но ансамбль должен принять народ. Хотя, я не сомневаюсь, что людям понравится. Смотри, никого пока местное пение не захватило. Стоят, скучают, глазеют по сторонам.
— А что им плясать под балладу о неразделенной любви что ли? — хихикнула я.
— Я и не сомневаюсь! Сегодня звездный час твоего Филя. Готовься, подруга, скоро укатит на гастроли, долго дома не увидишь, — не преминул подначить друг. — ""Алые паруса"" будут востребованы в любой стране.
— Ты думаешь, я отпущу детей мотаться по миру? Нет, им и в столице работы хватит, а кому сильно захочется послушать пусть в Китояр приезжают, — самодовольно возразила я и добавила: — Ты же первый и будешь против, чтобы королята покидали приют.
— Конечно против, они же дети! Да пошутил я, успокойся. Сам никуда никого не отпущу, а то ишь — усыновим. Я вам так усыновлю! Это мои королята!"
"Побывав на одной репетиции, посмотрев на картины и поделки, Лоран так проникся всесторонним творчеством, что старался посещать приют хотя бы раз в неделю.
А я через восемь лет наберу новых сироток и буду поставлять короне верных и главное талантливых подданных.
Конец"





