— Почему ты всегда меня перебиваешь? Я пришла, чтобы извиниться за испорченные джинсы, рубашки, разбитую кружку!
— Кружку ты склеила, а остальное — бездушные тряпки!
— Почему ты не разрешаешь позвонить мужу?
Яна села на самый край кожаного дивана, так, словно готова была сбежать в любую минуту. Полуденные лучи солнца заглядывали сквозь деревянные жалюзи на окнах, раскрашивая кабинет в причудливую полоску. Она чуть нагнулась, пряча глаза от слепящего света. Я допил остывший кофе одним глотком.
— А можно встречный вопрос?
— Да…
— А почему ты до сих пор не позвонила? Домашний телефон я не отключал. Руки не связаны, в комнате не заперта, — я закурил, выпуская тонкую змейку дыма в потолок.
— Потому что ты сказал, что нельзя!
— Это все?
— Я знаю… Я все знаю! — вдруг зашептала Яна. Она стала выкручивать свои пальцы, теребя тонкое обручальное кольцо, которое носила на среднем пальце.
— Не понимаю, о чем ты.
— Ты все знаешь. Такие, как ты, не могут не знать. Наверное, я еще не повзрослела, — Яна встала и, подойдя, аккуратно забрала сигарету из моей руки. — Я до сих пор верю в чудеса, любовь и верность…
Я молчал, наблюдая за мягкими движениями девушки. Она подошла к окну, и медленно поднесла сигарету к губам. Слегка коснулась фильтра, сделала быструю затяжку и выдохнула. Конечно! А я всю голову сломал, почему она срывает свое негодование на мне.
— Это единственная, по-настоящему вредная привычка.
— Курение?
— Доверчивость! Когда растёшь среди себе подобных, стараешься при любой возможности поговорить с теми, кто далек от привычного мира! Лариса. Мы познакомились в школе. Она была из неблагополучной семьи. Мы стали дружить, она почти жила у меня. Я делила с ней дом, еду, гардероб…. Но никогда не думала, что придётся делить и мужа! А она тоже замужем. И между прочим, Кирилл с ее мужем лучшие друзья. Как это возможно?
— Тогда почему ты с ним, ведь все знаешь! За, что? Чем они заслужили твоё доверие? Или дружбу? — слова вырвались, а я не хотел ничего говорить. Одно дело догадываться, а другое — когда твои мысли становятся фактом. Яна закусила нижнюю губу и сосредоточила взгляд на тлеющей сигарете. Пепел падал в пепельницу, а она крутила ее, наблюдая за тем, как сигарета тает в ее руках.
— А разве любят за что-то? — она выбросила сигарету так быстро и перевела на меня взгляд, сложив руки на груди.
— О! Я не специалист в делах душевных. Не верю я ни людям, ни словам, ни клятвам! — я подкатился к столу, чтобы ближе рассмотреть ее лицо. — Никому не верю! Это все сказка, выдуманная слабаками! Можно жить и без привязанности, и без дружбы! Все это слабость! И мне это не интересно! Иногда близкий, за которого ты готов получить пулю, становится твоим палачом.
