– Я доволен тем, как ваш человек провел эту операцию.

– Рад, что не подвел вас, господин Председатель.

– Теперь, когда мы можем не бояться за судьбу своих близких, наши усилия удвоятся.

– Да, господин Председатель.

– Предлагаю собраться на следующей неделе, пятого октября. Место и время прежние.

– Хорошо, господин Председатель.

– Я хочу обсудить положение в Грузии.

– Давно пора.

– Рад, что вы меня понимаете.

– По-моему, мы всегда понимаем друг друга.

– В этом и заключается работа нашей комиссии, не так ли, дорогой друг?

«Впервые он назвал меня «дорогим другом», – подумал Советник.

– У меня тоже есть кое-какие предложения, – сказал он. – Хотелось бы их обсудить.

– Вот и прекрасно. Обсудим все сразу. Кстати, в Грузии могут понадобиться услуги вашего человека. Он готов?

– Он всегда готов, господин Председатель.

– Тем лучше. Итак, до встречи, господин Советник.

– До встречи.

Советник положил трубку в стол и вызвал секретаря, чтобы внести изменение в расписание своих поездок на следующей неделе.

Москва, ГРУ, 2 октября, 11.20

– Ну, я пошел? – сказал Роман, глянув на дверь кабинета.

– Ни пуха, – улыбнулся Дубинин.

Роман вернулся в Москву поздней ночью. Объяснения с англичанами затянулись больше чем на сутки. К тому же он не мог уехать, не воздав благодарности Линде, что и вылилось в ужин при свечах и воспоследовавшее чаепитие у нее дома.

Из аэропорта Роман заехал к Дубинину. Вообще-то это у них было не принято, но, во-первых, Роману было по дороге, во-вторых, встреча заняла не более пяти минут, и в-третьих, диск, который Роман вручил Дубинину, служил ему самым лучшим оправданием. Ибо, как только что рассказал Дубинин, на нем содержалась поистине бесценная информация, причем в таком объеме, что работой с нею можно было обеспечить большую часть спецслужб России.

Дубинин, с утра сделавший доклад Слепцову, подготовил почву для того, чтобы Роман мог ступить на нее, не опасаясь провалиться с головой. Хотя, судя по намекам Дубинина, Слепцов все еще имел на него зуб, и понадобится немало времени, чтобы он отошел.

Роман сунулся в кабинет:

– Разрешите, товарищ генерал?

– Проходите, капитан, – пророкотал начальник отдела.

Роман четко прошел вперед, застыл у стола.

– Садитесь, – кивнул Слепцов."

"Выглядел он более чем внушительно. Мундир сверкал значками и планками, сияли шитые золотом погоны, кидала желтые блики оправа очков. Руки твердо лежали на столе, лицо было сурово и спокойно.

«Просто можно залюбоваться шефом, – подумал Роман. – Не генерал, а Марс какой-то сидит за столом».

Он не знал, что еще сутки назад Марс, сидя за этим же столом, писал рапорт об отставке, кривясь от головной боли и с трудом подбирая слова после бессонной ночи.