— Ладно, только на дорогу сам, — Иринка не так давно получила права и все еще боялась водить машину.
— На дорогу сам — это на всякий случай, если к машине зомби подойдут: хоть отъехать от них.
— Понятно. Отъехать смогу.
Домофон щелкнул, я открыл дверь, стоя за ней и держа висящую на ремне «сайгу» одной рукой, как фашист в кино. Никого. Осторожно зашел, осмотрел углы. Вроде пусто. В лифт или пешком? Отвыкаем от мирных привычек, отвыкаем. Лучше пешком — будет куда отступить, если что. Никто не встретился — ну вот и славно, вот и хорошо.
Открыл Дима, Машкин друг. Он постарше нее, так что не совсем штатив, а в кольчуге и с топором и вовсе весь проход занял.
"Кольчуга хоть и ролевая, из проволоки скрученная, но прокусит ее разве что бультерьер. А топор — вовсе универсальное оружие, недаром с каменного века почти не изменился… Машка — длинная и тонкая, с резкими движениями бывшей гимнастки — вышагнула из-за него, уже готовая к выходу. Как-то странно это для нее — обычно любое дело она делает с лагом минут в пять, если не десять, а тут прямо ГТО — готов к труду и обороне…
До дома добрались без приключений.
Поднялись, заперли дверь, включили свет. Квартира, пусть съемная, но не чужая — обжитая и уютная, показалась островком безопасности во внезапно сошедшем с ума мире.
Интернет бурлил. Странных существ наблюдали уже почти все, а многие и стрельбу видели, и нападения. Некоторые заметили, как встают покойники, и хотя флейм на тему «не бывает» не утихал, слово «зомби» уже определилось и закрепилось. Итак, Москву наводнили зомби, кусающие людей, после чего люди умирают и восстают в виде таких же зомби. И просто умершие от разных причин — тоже встают в виде зомби.
И главное — в комментах широко отметились и немосквичи, и не только из ближних городов, но и из Питера, и из Киева с Минском, и даже «на четверть нашей» Хайфы.
Что-то быстро распространилась эпидемия, невероятно быстро. До того же Израиля только лететь часа четыре, а ведь вчера еще никаких зомби в помине не было… Выходит, кирдык приходит не только глобальнее, чем я думал, когда к дому шел, но и глобальнее, чем думалось только что.





