Попрощайся с этими бабками и воду не мути.
Илья усмехается.
-С каких пор ты, Игнат Фёдорович, крыс покрываешь?
-Я не покрываю. Я по-дружески рекомендую не трогать сам знаешь что, чтобы не воняло. Ты от этих денег не обеднел, так живи тихо и спокойно. Наследников роди. Вон, девочка у тебя какая хорошая. Я бы ее Владу забрал, но слишком гонора много. Не уживутся. Нет, ну ты понимаешь, говорит скучно ему с нормальными! - В сердцах шлепает картами. - Но ты то понимаешь, что своё - это свое. Почему в конце концов, все удовольствие должно доставаться шлюхам?!
Я вспыхиваю от поднятой темы и от того, что обо мне говорят в третьем лице.
-Разберёмся… - хмурится Дымов и неожиданно поворачивается ко мне. - Иди, детка, посмотри, чего здесь показывают.
-Но… - шепчу я. - Ты же сказал…
-Я тебя найду, - настаивает Илья и целует в лоб.
-Конечно… - соглашаюсь, понимая, что от меня хотят избавиться.
Выхожу в выставочный зал. Чувствуя, как начинает болеть нога, да и вообще нервы подколачивает, беру у официанта с подноса бокал с шампанским. Делаю два больших глотка и заедаю тарталеткой. Представленные работы теперь не кажутся мне красивыми или какими-то особенно глубокими. Гипсовый торс голой женщины с пятном красной краски на промежности веет пошлятиной. Аляпистые пятна на холсте меньше всего напоминают «краски осени».
-… Это как у Малевича «чёрный квадрат», - слышу я разговор и оборачиваюсь. Сам владелец Гофман вдохновенно даёт интервью журналистам. - «Только здесь совершенство форм и цвета именно в их многообразии.»
Мда… Бессмысленно слоняюсь сквозь толпу между экспонатами. Может быть, Илья прав? И, признавая современное искусство, мы все сошли с ума? Как говорит моя преподаватель по живописи: «Посмотрите на пейзаж. Ни у кого же не возникает сомнения, что это красиво. Правильно, не возникает. А если, глядя на картину, такая мысль возникает, то стоит задуматься…»
Найдя себе укромный уголок с бутербродами, ворую с них оливки и запиваю их соком.
Карточная игра- это на долго? Сколько мне ждать Илью? Папа уходил на всю ночь…
-Закрой глаза, - вдруг слышу за спиной голос Дымова.
Вздрогнув, послушно исполняю.
-Зачем? - Шепчу.
Хотя уже и так все понимаю. Он, конечно, выиграл.
Чувствую, как в мою ладонь ложится металл и распахиваю глаза.
-О Боже… - смотрю на серьги, и внутри все обрывается. Это мамины любимые были.
Не справившись с эмоциями порывисто выжимаюсь носом Илье в шею.
-Спасибо, спасибо…
-Пойдём, - приобнимая меня, прокашливается он. - Нам с тобой ещё колье выкупать. Сейчас начнётся аукцион.
-Я с тобой никогда не расплачусь… - качаю головой.
-Разберёмся…
Ставки на колье растут с невероятной скоростью. Наверное, это потешило бы папино самолюбие, но меня заставляет ерзать на стуле и потирать о платье потные ладони.
