Вновь полистав страницы, автор первого на Руси приключенческого боевика остался доволен — на иллюстрации к его небывальщинам таланта неудавшегося иконописца все же хватило. Меч размером с весло, птица Рух, способная в один присест сожрать пару слонов, отвратные рожи османов… То что надо для не избалованной художественными изысками читательской массы."
"— Хвалю. Что здесь?
— Книжицы малые, с листами из бумаги, четыре дюжины штук. А тут особливый заказ.
Из предпоследнего узла на свет явилась самая настоящая книга-исполин, шириной в полметра, длиной чуть более чем метр, да и толщина ее тоже. Внушала.
«Это же сколько они страниц в нее напихали? Из тончайшего, белейшего, самого лучшего пергамента?»
Упершись в нее остановившимся взором, Дмитрий только и смог, что слабым голосом поинтересоваться:
— Это мне?..
— Как есть тебе, государь-наследник… Кхм.
— Иван. Я просил книгу для записей. Такую, чтобы взять ее с собой и в ДОРОГЕ заполнять!.. А не это!..
Вздохнув, отрок разом успокоился. Он же хотел когда-нибудь написать справочник по травам? Вот как вернется из Гжели — так и начнет.
— Через два дня на третий я уезжаю. Успеете сделать то, что мне нужно?
— К завтрашнему вечеру все устроим, Димитрий Иванович! А с этой что? Разобрать?..
Осмотрев «записную книжечку», ее владелец (а куда деваться?) приблизился к столу, на котором она монументально возвышалась:
— Вот здесь… — Указательный палец юной руки небрежно черкнул по мягкой замше обложки. — …Добавить название: «Травы».
С некоторым подозрением посмотрев на Федорова, Дмитрий на всякий случай уточнил:
— Одно слово из пяти буквиц.
— Сделаем!..
— Ну-ну. Что в последнем узле?
Чуток повозившись с излишне тугим узлом, мужчина раскидал в стороны небеленую посконь.
— Трактат, рекомый «Мази», Димитрий Иванович.
Осмотрев высокую стопку пятикнижия, хозяин покоев раскрыл обложку первого тома:
— Писана княгиней Евпраксией Мстиславовной рода Рюрикова, за деяния свои прозванной Добродеей.
Пролистав с десяток страниц, Дмитрий улыбнулся: его первый вклад[163] в Кирилло-Белозерскую обитель получится очень красивым и ценным. Искусное тиснение обложки, золоченый обрез страниц, серебряные застежки — это снаружи. И настоящая энциклопедия медика двенадцатого века внутри, причем большая часть знания не устарела и спустя четыреста лет после того, как была перенесена на пергамент нежной женской рукой.
«Сколько же раз прапрабабкой мне нынешнему приходится княжна Евпраксия? Она — седьмое колено от Рюрика, а я двадцать первое… Четырнадцать раз, да еще с невообразимыми завитками уточнений. Через нее я в родстве с императорским родом Византии — Комнинами. А через прабабку Софью еще с одним — Палеологами.
