"

"И застываю… Рассматриваю его литое и красивое тело, агрессивно брутальное, литое, сотканное из мышц…

Сердце сжимается, и я заставляю себя перестать смотреть на шейха, делаю шаг и чуть не вскрикиваю, ощущаю саднящую боль между ног, а еще влагу… в каком-то непонимании и шоке опускаю взгляд на бедра и чувствую, как по внутренней части скользит…

Не хочу рассматривать себя, не хочу следы страсти Аяза видеть, помню, что вчера он ненадолго оставлял меня, чтобы принести смоченное теплой водой полотенце, и протирал следы моей девственной крови, которой, как ни странно, было не так уж и много…

Тихонечко иду в сторону двери, за которой нахожу роскошную белоснежную ванную комнату с бассейном, буквально выдолбленным в мраморном полу. Золотые вставки повсюду, и понимание, что, скорее всего, здесь действительно именно золотая фурнитура, а не позолота.

Присматриваться не хочу, подхожу к зеркалу и вглядываюсь в свое обнаженное отражение. Нахожу на груди алые полосы от жесткой щетины шейха, и что-то сладкое будто ударяет в живот… по телу дрожь проходит, а я не хочу на это все больше смотреть… не хочу запоминать…. Еще и глазам больно… Поэтому я не выдерживаю и вытаскиваю линзы.

Сжимаю их в кулаке и застываю, не зная, что с ними делать. Вновь надеть не рискну. Слишком глаза болят, но и оставлять их здесь боюсь…

В итоге просто открываю воду и мою руки, позволяю воде унести улику в водопровод…

Я чувствую себя ужасно, вновь и вновь умываю лицо, хотя мне бы сейчас под душ встать и смыть тянущее ощущение между ног…

Слезы вновь текут по щекам, меня трясти начинает, и я ощущаю, как ко мне истерика подкатывает…

Потому что… все, что со мной произошло, — это просто волшебство какое-то… но… ночь прошла, а утро приносит с собой горечь послевкусия…

Пытаюсь успокоить себя, держу руки под холодной водой, стараясь дать себе шанс отдышаться, собраться…

Но…

Буквально подпрыгиваю, когда слышу, как дверь открывается, и уже через секунду за моей спиной появляется мощный силуэт мужчины…

Я дышать перестаю. От страха быть раскрытой, когда Аяз смотрит на меня через зеркало, ничего не говорит, но его взгляд прожигает меня насквозь…

Глава 9

Шейх будто замирает, проводит пальцами по моим локонам, откидывает их на одно плечо и смотрит с высоты своего роста, будто изучает мое тело; подушечки пальцев прикасаются к спине, очерчивают позвонки, и я прикусываю губу, так как он прикасается немного к саднящей коже…

Аяз во время секса не сдерживался и исцеловал меня всю. Мне кажется, что все тело теперь в его отметинах не только внутри, но и снаружи.