Британская медицинская ассоциация сделала всё возможное, чтобы ни одна другая женщина не пошла по моим стопам.

Габриэль не хотел, чтобы она ассистировала Хэвлоку. Нельзя предсказать, чего ожидать от женщины-врача в операционной, и он не хотел никаких диковинных и необычных происшествий во время операции его жены. Габриэль хотел уверенных, опытных врачей-мужчин. Хотел, чтобы всё было традиционным, безопасным и нормальным.

– Я хочу поговорить с Хэвлоком до того, как начнётся операция, – сказал он.

Доктор Гибсон совсем не удивилась.

– Конечно, – невозмутимо ответила она. – Но я прошу вас отложить разговор до тех пор, пока мы не оценим состояние леди Сент-Винсент.

Доктор Хэвлок появился в кабинете и подошёл к экзаменационному столу.

– Приехала медсестра и моет руки, – пробормотал он доктору Гибсон и повернулся к Габриэлю. – Милорд, рядом с операционной есть комната для отдыха. Пока вы с Уинтерборнами будете ожидать, мы осмотрим плечо молодой леди.

Поцеловав заледеневшие пальцы Пандоры и обнадеживающе улыбнувшись, Габриэль покинул смотровую.

Отыскав комнату для ожидания, он направился туда, где сидел Уинтерборн. Леди Хелен нигде не было видно.

– Женщина-врач? – резко спросил Габриэль с хмурым видом.

Уинтерборн выглядел слегка виновато.

– Я не подумал предупредить об этом. Но могу за неё поручиться, она вела беременность и роды Хелен."

"– Это совсем не то же самое, что хирургия, – резко бросил Габриэль.

– В Америке на протяжении уже двадцати лет работают женщины-врачи, – отметил Уинтерборн.

– Мне плевать, что происходит в Америке. Я хочу, чтобы Пандора получила наилучшую медицинскую помощь.

– Листер публично заявил, что доктор Гибсон - один из лучших хирургов, которых он когда-либо обучал.

Габриэль покачал головой.

– Если я доверяю жизнь Пандоры в руки незнакомца, это должен быть кто-то с опытом. А не женщина, которая выглядит так, словно только что покинула школьную скамью. Я не хочу, чтобы она ассистировала на операции.

Уинтерборн открыл рот, чтобы возразить, но потом передумал.

– У меня, наверное, были бы подобные мысли, окажись я на твоём месте, – признался он. – К идее о женщине-враче нужно привыкнуть.

Габриэль тяжело уселся в соседнее кресло. Он начал ощущать лёгкую вибрацию, пробегающую по рукам и ногам, постоянный гул от нервного напряжения.

В комнату для ожидания вошла леди Хелен с маленьким свёрнутым белым полотенцем. Ткань была влажной, и от неё исходил пар. Она безмолвно подошла к Габриэлю и протёрла его щёку и подбородок. Когда Хелен закончила, он заметил, что на полотенце осталась кровь. Поочерёдно беря его за руки, она начала счищать пятна крови, запёкшиеся на костяшках и между пальцами. Он их даже не замечал до этого.