В августе, на финальном мероприятии, они наденут свои плиссированные чирлидерские костюмы, когда каждая группа представит два номера: один с акцентом на танцы и один — на акробатические элементы.

Наши учебные дни делятся на утреннюю и послеобеденную занятия. Поскольку моя группа впервые занимается акробатикой, мы собираемся на одной стороне гимнастического зала, окружённые морем синих матов.

— Ладно, мои маленькие кролики, — приветствую я девочек. — Занимаем позиции.

Татьяна, предводительница группы 11-12 лет, поднимает руку. — Диана, — объявляет она. — Мы все провели голосование и решили, что не хотим больше, чтобы нас называли кроликами.

Я закусываю губу, чтобы не рассмеяться. — Понимаю. Какая-то особая причина?

— Потому что они повсюду какают.

Смех вырывается у меня непроизвольно. Краем глаза я замечаю, как моя со-вожатая, Фатима, улыбается.

— Ну, это справедливое замечание, — признаю я. — Но мысль о кроличьих какашках пришла вам в голову только сейчас?

— У моего младшего брата в эти выходные появился кролик, — объясняет Эйвери, её лицо мрачнеет. — Я ненавижу эту тварь всей душой.

— Ладно, — раздумываю я. — Как насчёт... давайте займём позиции, мои величественные орлы.

— Отлично! — с энтузиазмом отвечает Татьяна. Остальные девочки кивают в знак согласия.

— Замечательно.

Фатима и я переглядываемся с улыбками, прежде чем разбить их на группы по три человека. В этом году я поставила четыре номера: два для группы 8-10 лет и два для 11-12-летних, которые, честно говоря, мои любимчики.

Поскольку это дети, все акробатические элементы мы оставляем довольно простыми. Группа 8-10 лет выполняет в основном приседания и стойки на коленях. Для начинающих гимнастов — кувырки и колесо. В этой группе мы работаем над стойками на двух бёдрах, с которых и начинаем сегодняшнюю тренировку. Фатима и я выступаем в роли страховщиков, внимательно наблюдая за ними сзади и спереди.

— Хлоя, твой выпад должен быть глубже, — говорю я рыжеволосой девочке с веснушками. — Иначе у Харпер не будет устойчивой базы.

— Почему я не могу быть верхней? — жалуется она.

— Потому что сейчас ты база, — отвечаю я с терпеливой улыбкой. — Мы уже говорили об этом: у каждого будет возможность быть верхним в финальном номере. А пока мы нуждаемся в тебе как в базе.

Она кивает, но её лицо остаётся мрачным. Некоторые дети такие капризные, с чувством, что они обязательно должны быть в центре внимания. Другие ужасны в акробатике, но так счастливы быть здесь, и именно у них есть необходимый дух, который является самым важным аспектом чирлидинга.

Я помогаю двум базам занять позиции. Верхний, Керри, поднимается на бёдра своих товарищей.

— Шаг, замок, крепче! — напоминаю я им.

Базы держат ноги верхнего.