Если верить документам, то гостью звали Волковой Галиной Николаевной, ей стукнуло тридцать восемь лет, и проживала она в самом центре Москвы в Денежном переулке. Еще я увидела рекомендации от академика Серова, генерала Федотова и композитора Васильева. Все характеристики были напечатаны на принтере и кончались одинаковой фразой: «Волкова проработала в нашей семье тринадцать лет». Мне стало смешно.
– Галина, вам еще нет сорока?
– Да, да, – закивала врунья.
– А рабочий стаж, судя по представленным рекомендациям, почти совпадает с вашим возрастом, – сказала я.
Кандидатка на должность домработницы растерялась, а я взяла телефон, набрала сохранившийся в его памяти номер, услышала знакомый молодой женский голос, нажала на кнопку громкой связи и спросила:
– Это вы хотите получить место домработницы?
– Да, да, – заверила лгунья, – могу прямо сейчас начать.
«Коренная москвичка» побежала в прихожую, я направилась следом за ней, говоря на ходу:
– Меня не волнует национальность помощницы по хозяйству.
Галина выбежала во двор, а я вернулась в столовую, увидела, что она забыла напечатанные на принтере бумаги, и бросила их в камин.
Больше я по частным объявлениям не звонила, обратилась в агентство, рассказала о встрече с Галиной, выслушала слова сочувствия и заверения: «У нас только хорошо проверенные кадры!»
Через три дня в Ложкино приехала элегантно одетая дама с дорогой сумкой.
– На какую зарплату вы рассчитываете?
Нина Валерьевна положила папку на стол.
– Там все мои скромные требования.
Я вытащила из прозрачного кармашка лист бумаги и стала читать:
– «Проживание в отдельной комнате площадью не менее тридцати квадратных метров. В спальне должны находиться: кровать (ширина 2 м), тумбочка, два кресла, шкаф, телевизор. Мелкие предметы обстановки по желанию сотрудницы. Ковер шерстяной, натуральный. Ванная комната отдельная, не общая с гостями или хозяевами. Постельное белье, полотенца из натуральных материалов, без примесей синтетики. Вай-фай обязателен. Личная гардеробная.
