– Прости за тот раз, я искренне сожалею.
Пенелопа подозрительно взглянула на мужа.
– Мы заявились без… предупреждения, – объяснил Колин.
Дворецкий, вероятно, увидел тревогу на лице Пенелопы, потому что поспешно добавил:
– Я убрался с дороги.
– О, я так… – с облегчением начала она, но Ганнинг прервал ее на полуслове:
– А сэр Филипп – нет.
– О! – Пенелопа кашлянула, испытывая неловкость. – Но с ним все будет хорошо?
– Несколько синяков на горле, – небрежно заметил Колин. – Полагаю, сейчас ему уже получше.
И, увидев, что супруга уставилась на его руки, усмехнулся.
– О, я тут ни при чем, – заверил Колин, беря Пенелопу под руку и ведя через холл. – Я только наблюдал.
Она поморщилась.
– Полагаю, могло быть и хуже.
– Весьма возможно, – весело согласился Колин. – Но все в конце концов обернулось к лучшему. Теперь этот парень мне очень нравится, и я бы… А, мама, вот ты где.
И действительно, Вайолет Бриджертон поспешно спускалась в холл.
– Вы опоздали, – пожурила их она, хотя Колин был совершенно уверен в обратном.
Он склонился, чтобы поцеловать мать в щеку, и отошел в сторону, давая ей приблизиться к Пенелопе. Та взяла руки Пенелопы в свои.
– Моя дорогая, нам нужна твоя помощь. Ты все же главная подружка невесты.
Колин вдруг представил эту сцену – стайка болтливых девиц, взахлеб тарахтящих о разных мелочах, до которых ему не было никакого дела, не говоря уже о том, что он их не понимал. Женщины рассказывали друг другу обо всем, и…
Резко развернувшись, Колин предупредил:
– Не говори ни слова.
– Прошу прощения. – Пенелопа раздраженно выдохнула в приступе праведного негодования. – Я же сама говорила, что не стоит сообщать об этом в день ее свадьбы.
– Я обращался к матери, – пояснил Колин.
Вайолет покачала головой.
– Элоиза нас убьет.
– Она уже почти убила нас, сбежав, как идиотка, – гневно выпалил он, что было на него совсем не похоже. – Я и всем остальным наказал молчать.
– Даже Гиацинте? – с сомнением уточнила Пенелопа.
– Особенно Гиацинте.
– Ты ее подкупил? – поинтересовалась Вайолет. – Потому что у тебя ничего не выйдет без взятки.
– Боже мой, – пробормотал Колин. – Можно подумать, я только-только к этой семье присоединился. Разумеется, я подкупил ее.
Повернувшись к Пенелопе, он попросил:
– Не обижайся на мои слова.
– О, я не в обиде, – отмахнулась она. – А что ты ей предложил?
Колин припомнил о переговорах с младшей сестрой и едва не вздрогнул.
– Двадцать фунтов.
– Двадцать фунтов! – воскликнула Вайолет. – Ты с ума сошел?
– Можно подумать, ты бы сумела договориться на меньшую сумму, – проворчал он. – И я отдал ей только половину. Я этой девчонке ни на грош не верю. Но если она будет держать рот на замке, я обеднею еще на десять фунтов.
