Я вылезаю из машины и разворачиваю плечи, чтобы снять напряжение.

Мой взгляд падает на пилота, когда он спускается по ступенькам.

— Мистер Риццо. Мы будем готовы к взлету через тридцать минут.

Я киваю, направляясь к лестнице, и, заняв место, провожу рукой по лицу.

Господи Иисусе.

В голове прокручивается все, что я знаю, и, откинув голову, я закрываю глаза.

Виттория, должно быть, вне себя от страха.

Черт, а я только добился того, чтобы она чувствовала себя в безопасности рядом со мной. Я чертовски надеюсь, что этот инцидент не заставит ее снова бояться меня.

Большой Рикки садится напротив меня и говорит: — Я только что говорил с Бруно. Виттория направляется в Миннесоту.

Я хмурюсь. — Почему именно туда?

— Это был первый доступный рейс.

— Скажи пилоту, — бормочу я.

Я смотрю в окно, и желание обнять Витторию становится непреодолимо сильным.

***

Тори

Выходя из самолета в Миннесоте, я словно впала в оцепенение от ужаса и паранойи.

Полет был мучительно долгим. Двадцать шесть часов, в течение которых я снова и снова переживаю этот кошмар.

Я не могу вспомнить, когда в последний раз ела, и не то чтобы я была голодна. От страха в животе меня тошнит, и я не могу думать о еде.

Боже, такое ощущение, что я не спала несколько недель. Последний раз я отдыхала во время полета на Сицилию. Все мое платье помято, а кожа липкая.

Я выгляжу так же плохо, как и чувствую себя.

Я иду вместе со всеми остальными пассажирами, и, когда понимаю, что мне нужно пройти паспортный контроль, на меня накатывает волна усталости.

От тревоги мои ноги становятся тяжелыми.

Я встаю в конец очереди и закусываю нижнюю губу, настороженно оглядывая всех людей.

Я уже устала от этого бегства и знаю, что Анджело в какой-то момент догонит меня.

Если только я больше никогда не буду использовать свое имя. Как я вообще это сделаю? Мне понадобится новое имя, удостоверение личности и номер социального страхования.

Я опускаю голову и тяжело вздыхаю.

Вполне возможно, что Анджело уже ждет меня у выхода.

Если мне пришлось лететь коммерческим рейсом, то ему было удобно воспользоваться своим частным самолетом. Он могущественный человек и легко мог узнать, каким рейсом я лечу.

Боже правый."

"Очередь ползет вперед, и когда подходит моя очередь, я протягиваю паспорт офицеру. Мужчина смотрит на меня, прежде чем проверить паспорт. — Почему такая короткая поездка на Сицилию?

Мои хрупкие нервы сжимают мой желудок.

— Кое-что случилось, и мне пришлось вернуться домой.

Его глаза сужаются. — Что именно?

— Смерть в семье.

Мое сердце бешено колотится в груди, но потом он просто ставит штамп в паспорте и возвращает его мне, а затем говорит: — Следующий.

Я умру от нервного срыва задолго до того, как Анджело доберется до меня.