Виктор старается контролировать себя, двигаясь медленно, его поцелуи горячи и голодны, его пальцы спускаются вниз, настойчиво и уверенно двигаясь к моему клитору. Свои пальцы я запускаю в его волосы, сильно сжимая их, и выдаю стон, не переставая целовать и изучать его язык.
Мы на одной волне и кончаем одновременно. Виктор вытаскивает свой член, но не перестает двигать пальцами до тех пор, пока мое тело не расслабляется и ноги не раскидываются по сторонам.
Он кладет мокрую голову мне на грудь, и я провожу рукой по его волосам.
Так мы проводим большую часть ночи, в спокойствии и раздумьях.
И все, о чем могу думать, так это то, что никогда не хочу выходить из этого номера.
***"
"Я лежу с Виктором, окутанная простынями. Шторы полностью раскрыты и моему взору открывается комната, в которую пробивается иссиня-черный свет, падающий с городских огней. Виктор засыпает вскоре после нашего занятия любовью. Любовью? Я не уверена, что понимаю истинное значение этой фразы. Не думаю, что это любовь или даже похоть. Это нечто другое, нечто сильное и очевидное, что нам обоим сложно игнорировать. Но у произошедшего нет лица. Или имени. Может, он и не занимался любовью со мной, но это не был просто секс. Определенно это было что-то другое.
— Куда я пойду отсюда? — шепчу я, высказывая мысли вслух, двигаясь поближе к нему.
— Мы придумаем, — отвечает Виктор и обнимает меня.
Я и не знала, что он проснулся. Подняв голову с его груди и прильнув к его плечу, я могу видеть его лицо.
— Ты не собираешься уезжать?
Тут довольно большой риск, но есть надежда.
Между нами наступает тишина, и голая грудь Виктора двигается от глубокого и ровного дыхания.
— Сэрай, ты же знаешь, что я не могу взять тебя с собой, — отвечает он и мое сердце ёкает. — Это не практично. Моя жизнь в Ордене. И так будет всегда. Я не проснусь однажды, решив, что устал от работы, и захочу найти новую. Если уйду из ордена - а это именно то, что мне придется сделать - следующей целью буду я. И ты.
Мне хочется плакать, но сдерживаюсь.
Я кладу голову обратно на его грудь, ведь продолжать смотреть на него чересчур уныло. Мой взгляд осматривает просторную комнату, пальцем провожу по его мускулу на груди.
— Единственное, что могу сделать, это позволить тебе жить своей жизнью.
— Но…
Он снова прижимает меня.
— Позволю жить своей жизнью, — продолжает он. — Но время от времени буду навещать тебя. Чтобы убедиться, что с тобой все в порядке, ты в безопасности и у тебя есть все, что необходимо.
Я с этим не согласна, но знаю, это все, что он может предложить. Лучше, чем ничего. Виктор прав, невозможно это отрицать. Я хочу быть с ним всегда, в любом случае, но не могу ожидать, что он пойдет на такой риск.
Я должна его отпустить…
— Если, конечно, ты захочешь, чтобы я приезжал, — добавляет он.
