— Иногда я давала ей денег, совсем немного, — уточнила мать, со страхом глядя на Мойсеса; стало понятно, что он этого не знал. — Порой ей трудно было дотянуть до конца месяца.
— Нормально в таком возрасте, — кивнула инспектор: ей хотелось, чтобы Соня не боялась говорить правду, даже если та придется мужу не по нраву. — Мы думаем, что ваша дочь была на девичнике.
— Она должна была выйти замуж в конце месяца, через две недели. Ее жениха зовут Рауль, он мне не нравится, — признался Мойсес. — Занимается какой-то рекламой. Сеньора инспектор, я всякого навидался и знаю, что доверять этому молодому человеку нельзя, он из тех, кто околачивается по барам, ввязывается незнамо во что, а женится не для того, чтобы создать семью, а чтобы заполучить девушку, готовую удовлетворять его порочные наклонности.
— Вы говорили ей это?
— Тысячу раз, и даже больше, так что она перестала с нами разговаривать. Она даже не хотела приглашать нас на свадьбу. Хорошо, что жена поговорила с ней и заставила ее опомниться.
— Мы считаем, что Сусана пропала в ночь с пятницы на субботу, хотя до сих пор не уверены в этом, мы нашли ее сегодня, и у нас не было никаких заявлений.
— Вы с ней давно разговаривали? — спросил Сарате.
Бланко пригвоздила его взглядом: он не должен был говорить ничего, похожего на упрек, потом она устроит ему взбучку.
Мойсес, как и предположила Элена, посмотрел на Сарате враждебно:
— У вас ведь нет детей, да? Бывают случаи, когда с ними нелегко договориться, нелегко понять друг друга. Это не в первый раз такое. Бывало, мы все выходные, а то и целыми неделями ничего о ней не знали.
— Я разговаривала с ней в пятницу днем. — Соня почти не вмешивалась в разговор, а когда говорила, приходилось напрягать слух. Она выглядела сломленной, и неудивительно: нет более страшной новости для матери, чем та, которую она только что услышала. — Она собиралась на девичник со своими давними подругами. Я хотела, чтобы она не наделала ошибок, чтобы хорошо повеселилась, чтобы все прошло гладко.
— Вы знаете, где она собиралась встретиться с подругами?
— Они шли в ресторан, а потом в одно из заведений, где всегда проводятся такие вечеринки. Я не знаю названия, я никогда не бывала в таких местах, — ответила Соня, — но это где-то на улице Оренсе.
Пока они разговаривали, пока Сарате, пытаясь заработать очки в глазах инспектора, задавал родителям Сусаны вопросы об их дочери, о том, как найти ее жениха, о подругах, которые могли пойти с Сусаной на девичник, Элена Бланко размышляла. В присутствии родителей ей не хотелось вспоминать, как Сусана выглядела на вскрытии, несколько часов назад, с распиленным черепом, полным червей. А хотелось думать о красивой свободолюбивой девушке, какой ее помнят родители.
