Служанка спешно тащила мой торт в столовую!

Я догнала её в десятке шагов от злополучной двери. Жутко хотелось боднуть бледную девицу, но я искушение поборола: просто если сбить Люсси с ног, тортик, конечно, сразу несказанно ближе окажется, но есть вкусняшку с пола? Не… мне воспитание не позволяет. Так что да, пришлось сдержаться.

В итоге я вбежала в столовую вслед за Люсси. Нетерпеливо переминаясь и некультурно повизгивая, остановилась возле накрытого белой скатертью стола, аккурат подле светлости.

– Ву-у-у! – сообщила… тортику.

Люблю тебя! Ты чувствуешь? Ты понимаешь, как сильно я тебя люблю?! Как… как я тебя жажду!

Сказала, а в ответ услышала:

– Я тоже ужасно рад тебя видеть… толстопопик.

Реплика принадлежала, разумеется, не тортику, а светлости. И я бы непременно обиделась, тем более что по сравнению с «солнышком» я никакой не толстопопик, а натуральная стройняшка! Но… мне не до обид было.

Едва поганка-Люсси водрузила блюдо на стол, я повернулась к Дантосу, плюхнулась на попу и сказала единственное, что могла сказать:

– Ву-у-у!

Мои танцы вокруг Люсси незамеченными не остались, так что блондинчик сразу догадался:

– Тортика хочешь?

– Ву-у-у! – искренне ответила я.

Дантос, который, кстати, выглядел сонным, помятым и потрёпанным, подарил лучистую улыбку и потянулся за блюдцем. Через минуту маленькой нетерпеливой мне… дали!

Он был прекрасен. Такой треугольный, шоколадный, с белым ванильным кремом и вишенкой на макушке. Вишенка частью утонула в густой глазури, и это… это было волшебно. Потрясающе. Немыслимо!

Я описала дугу подле поставленного на пол блюдца, потом прошлась в обратную сторону – примеривалась, с какого края начать… После подошла близко-близко, вдохнула потрясающий аромат и аккуратно лизнула вишенку.

Да, действительно волшебно!

А потом он кончился. Как-то очень внезапно взял и исчез. Я даже не заметила, как съела. Даже вкуса на языке не почувствовала.

– Ву-у-у… – сообщила о своём горе я.

Позабывший о завтраке Дантос ещё одну улыбку подарил и блюдце забрал. Через минуту передо мной новый кусочек торта появился. Ещё красивше прежнего – на этом две вишенки было. Две!

В этот раз я почувствовала всё. И вкус вишенок, и крема, и глазури, и бисквита. И даже хруст корочки последнего коржа оценила! И со всей ясностью поняла: мало.

– Ву!

– А не слипнется? – вопросил блондинчик.

Я отрицательно качнула головой.

Дантос застыл. Улыбка погасла, глаза заметно округлились, брови взлетели на середину лба.

– Астра? – неверяще выдохнул он. А я…

Вообще, все мои мысли были посвящены тортику, но я всё-таки сообразила. Опять головой мотнула. Потом ещё раз. И ещё. И хотя желание стрескать ещё кусочек застилало весь мир, вскочила на все четыре и остервенело замотала головой.