Четверо его товарищей хихикают, хлопая друг друга по плечу, как будто это самая смешная шутка.

Моя первая мысль - ударить Матвея коленом по яйцам и кричать угрозами убийства остальным. Но, увы, это ничем не отличалось бы от подписания собственного приговора к смерти. При моей нынешней силе я едва могу защититься от одного из них. Пять - это полный перебор, это привело бы к тому, что я оказалась бы в больнице или была бы аккуратно уложена в гроб.

Кроме того, мы из совершенно разных слоев общества. У большинства мужчин здесь либо суровая жизнь, либо тяжелые обстоятельства, и они пошли в армию только потому, что это стабильный доход.

Некоторые даже подделывают для этого свой настоящий возраст. Если бы не армия, они вероятно, были бы в преступных бандах.

Держа голову высоко, я пытаюсь протиснуться мимо Матвея, стараясь сказать грубым голосом.

— Если вы позволите.

— Если вы позволите! — насмехается Матвей и блокирует мне путь своим крепким телосложением. — Такой благородный маленький мальчик с правильными манерами. Интересно, есть ли у него яйца между ног?

Остальные разразились смехом. Я стараюсь сохранять спокойствие, но не могу контролировать жар, который разгорается у меня на шее и распространяется по ушам.

— Пропусти меня, Матвей! — говорю я четким тоном, строго глядя на него, настаивая на своем.

— О, какой страшный. Пропусти меня. Пропусти меня, — от его резкого голоса, у меня поднимается желчь и резко сжимается горло. — Ты слишком напряжен Александр. Расслабься немного, ладно?

Он хватает меня за плечо, и я напрягаюсь. Страх проносится по моим конечностям, как в тот день, когда я потеряла все.

— Черт. Ты не только выглядишь по-девчачьи, но и ощущаешься таким, — он гладит меня по плечу и хотя наша кожа разделена одеждой, преобладающая потребность убежать становится сильнее.

— Неудивительно, что ты самый слабый и маленький в лагере, — рука Матвея сжимается, как будто доказывая, что он обладает физическим превосходством и способен причинить вред, если захочет. — Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что армия не для слабаков?

— Я не слабак! — рычу я в его тупое лицо, сопротивляясь желанию ударить его коленом по яйцам.

Остальные хихикают, издеваясь на заднем плане, но я не могу отвести взгляд от Матвея.

Маниакальная ухмылка расползается по его губам, растягивая его лицо в тревожащей манере.

— Звучит так, как сказал бы слабак.

— Может быть, нам все-таки стоит проверить есть ли у него яйца, а, Матвей? — говорит один из его громил.

Опасный характер ситуации внезапно осенил меня. Я бросаюсь вперед, пытаясь высвободить плечо из хватки Матвея, но он так легко толкает меня обратно к стене, что я чувствую, как слезы наворачиваются на глаза.

Я слабачка.