За время жизни на Континенте он научился исключительно успешно предсказывать погоду.

Наверняка, скоро польет.

Он дошел до середины комнаты и зевнул. Пожалуй, стоит почитать. Иногда чтение навевало на него сонливость. Правда, задача вовсе не в том, чтобы чувствовать сонливость. Он мог умирать от усталости и все же не спать. Закрыть глаза, взбить подушку как раз так, как нужно и…

И ничего.

Он просто лежал и ждал, и ждал, и ждал. Пытался очистить разум от мыслей, поскольку, если подумать, именно это ведь и нужно? Пустая голова. Чистый лист. Если он сможет достичь абсолютной пустоты, он тут же уснет. Он был в этом совершенно уверен.

Но это не работало. Поскольку каждый раз, когда Себастьян Грей достигал абсолютной пустоты, ее тут же заполняла война.

Он видел ее. Чувствовал ее. По новой. А ведь, откровенно говоря, ему и одного раза хватило с лихвой.

И тогда он открывал глаза. Потому что в этом случае он не видел ничего кроме своей совершенно обыкновенной комнаты и абсолютно обычной кровати. Зеленое одеяло, золотистые занавески, деревянный стол.

И его окружала тишина. Днем сюда доносился постоянный городской шум, но ночью в этой части города все замирало. И по правде говоря, наслаждаться тишиной было восхитительно. Слушать ветер или пение птиц и не ожидать ни пушечных раскатов, ни выстрелов. Или чего похуже.

В подобной благословенной тишине он должен был бы засыпать моментально.

Он снова зевнул. Все-таки стоит почитать. Как раз сегодня он взял несколько книг из коллекции Гарри. Выбор там был невелик, поскольку Гарри предпочитал читать по-французски и по-русски, а Себастьян, хоть и знал оба этих языка (по настоянию их общей бабушки по материнской линии), не мог обращаться с ними так же свободно, как Гарри. Читать на любом языке, кроме английского требовало труда, а Себу хотелось отвлечься.

Он ведь не слишком многого ожидает от книги?

Если бы он сам взялся писать, он бы заставил читателя поволноваться. В его книге герои бы умирали… правда, не слишком часто. И он непременно оставил бы в живых главных героев. Их смерть всегда слишком печальна.

А еще там была бы любовь. И опасность. Опасность — это здорово."

"Может быть, он привнес бы в сюжет немного экзотики, но не слишком. Себастьян подозревал, что большинство авторов не очень-то беспокоятся о достоверности. Он недавно читал новеллу, где действие происходило в арабском гареме, и хотя Себ, определенно, считал идею гарема интересной…

Чрезвычайно интересной!

…ему не верилось, что автор верно изложил все детали. Он с интересом следил за приключениями, как это делал бы любой мужчина на его месте, но даже ему было сложно себе представить, как отважная английская героиня смогла совершить побег, привязав к окну змею и соскользнув по ней вниз.