«Что здесь делает Райан? С чего бы Грэмми лететь моим рейсом? И при чем тут кексы?»
Очевидно, я оказалась в центре какого-то хитроумного плана. Вот только никак не могла уловить сути происходящего. Мне бы сейчас в какое-нибудь тихое местечко, где я могла посидеть и подумать, тогда бы я непременно разобралась в этом. Но сейчас, увы, меня мучило удушье, напоминающее симптомы клаустрофобии.
Буквально через несколько минут в салон самолета влетели медики с носилками. Последним в их группе был Райан, успевший сменить оранжевый жилет на куртку «скорой помощи», которая была ему непомерно велика.
Райан жестом велел мне следовать за ним. И все это время я слушала, как Грэмми ругается с врачами «скорой помощи», требуя прекратить приставать к ней, если у них нет солидных страховок. Она клялась их тугими задницами, что подаст на них в суд.
Остановившийся перед входом в телескопический трап самолета Райан был весь мокрый от пота. А своей безумной ухмылкой напоминал сумасшедшего.
— Пожалуйста, объясни мне, что, черт возьми, происходит? — потребовала я.
"— В следующий раз, — начал он, — я просто напишу тебе эсэмэ́ску. Но все это было спланировано заранее, — он поднял руку в просьбе не перебивать его и порылся в кармане пиджака. Сопутствующие этому мокрые чавкающие звуки заставили меня брезгливо передернуть плечами, но тут Райан наконец вытащил изрядно помятый кекс с апельсиновой глазурью. В него был воткнут кусок бумаги, перепачканный растаявшим шоколадом и кремом. — Это… ну… — вздохнув, он вытер глазурь о штанину и поднял бумажку, чтобы я могла ее разглядеть. — Это билет на самолет.
Я указала на самолет.
— Но у меня уже был билет... и почему кекс?
Райан нетерпеливо вздохнул.
— Ты не поняла. Это мой билет. В Париж.
— Что?..
— Мой билет. В Париж, — повторил он.
— Я услышала тебя, — криво усмехнулась я. — Просто... это какое-то безумие. У тебя же здесь пекарни. Разумеется, я оценила твой жест, но давай будем реалистами. Я пробуду в Париже два года. А каков твой план? Потусоваться там со мной пару недель? Но это ничего нам не даст, хотя и выглядит очень мило.
— Если учесть, что продукция «Игристого Пекаря» уже известна в Париже, то уверен, мне не грозит роль незваного эксцентричного чудака. К тому же я назначил себя руководителем зарубежного бизнеса. А это означает, что если я в ближайшее время не организую за границей несколько франшиз, то моя задница окажется под угрозой.
Я склонила голову набок.
— И что конкретно угрожает твоей заднице?
— Кто, — поправил меня Райан.









