И что до семи вечера времени полно.
— Извинись перед вейрой Арнош за долгое ожидание, — сказала горничной, едва ее растрепанная голова выглянула из ванной комнаты.
Утренняя легкость ушла, и я, горбясь, как старуха, наскоро приняла ванну, тщательно промыла волосы и выбралась, даже не глянув в золоченое зеркало. Не было сил видеть собственное лицо. Глаза умирающего мультяшного Бемби, в которого напоследок пальнули из базуки.
Но меня ждала чета Арнош, и я просто не могла позволить себе раскиснуть, как бумажная куколка от капли воды. Надо держаться.
Сальме ждала меня в будуаре и… выглядела отменно. Вот просто-напросто отменно выглядела. Посвежевшая, похудевшая, даже шрамы, оставленные перевертышами, поблекли.
— Сальме, ты волшебно выглядишь, — и, не удержавшись, поддразнила мягко: — Ну-ка рассказывай, что за чудо-крем сделал тебя девчонкой? Я тоже такой хочу.
Сальме, и впрямь посвежевшая, и цветущая, как целый майский сад, схватила меня за руку и потащила в угол будуара:
— Сейчас ты увидишь чудо-крем в действии, моя девочка. Ну-ка вдохни поглубже…
Вместо обещанного чудо-крема она подпихнула меня к ростовому зеркалу и уперла руки в боки. На отраженном лице сияла гордость хозяюшки, подавшей на обед невиданную вкуснотищу. А после я взглянула на собственное отражение, и глупые сравнения напрочь вылетели из моей головы.
Я выглядела…. неплохо. Прямо-таки очень неплохо. Щеки налились румянцем, волосы зазолотились, грудь поднялась, а талия, наконец, рассталась с парой наеденных килограмм. Даже морщинок словно бы стало меньше. Только глаза были грустными и усталыми и портили имидж пышущей здоровьем барышни.
Воистину, моя бабуля несла в мир истину, говоря: «Плохое настроение — поспи и пройдет, дела нейдут — поспи и попустит, любимый оставил — поспи и возрадуйся».
Четыре дня поспала и вон как похорошела. Лет пять долой с лица. Или даже все пять с половиной.
— Хочешь сказать, это моя магия сделала? — удивленно потрогала пальцами шею, с которой исчезла едва наметившаяся кольцевая складка.
— Еще как хочу! Ты глянь, моя маленькая вейра, какова я стала?! А?!! Хоть снова замуж выходи!
Сальме, веселясь, крутанулась вокруг своей оси и прошлась по будуару, пристукивая каблуками.
Хм. Может надо было в косметический бизнес идти, а не в артефакторику? С другой стороны, у меня столько крови нет, чтобы бизнес открывать. Я из-за четырех капель почти неделю в обмороке лежала.
— Эффект, скорее всего, быстро сойдет, — сказала как можно мягче.
Не хотелось расстраивать Сальме, которая так радовалась малой капле вернувшейся красоты. Но та с достоинством склонила голову.
— Знаю, девочка моя, а теперь.… Идем-ка. Нас ждет сложный и серьёзный разговор.
