— Скажи ей, что это была моя вина! Все случилось из-за того, что я был слишком глуп, чтобы разобраться в ситуации! И слишком самонадеян! Я последовал за Ером, потому что хотел разобраться с Админом сам, понимаешь? Я хотел лично прикончить его! Это все моя вина! Думаешь, я не понимал разницу в силах? Я просто не хотел понимать, потому что меня захлестывала злость! Я хотел мести!

— Мести, — тихо хмыкнул Шен, и Муан догадался, о чем тот думает.

Да, мести за Шена! Мести из-за него! Если бы Шен тогда проявил больше сдержанности и не рассказал о том, что было в иллюзии на ликорисовом поле, Муан бы, вероятно, не потерял голову и не столь сильно жаждал бы разобраться с Админом лично.

Если так подумать, они оба попали в ловушку гениального манипулятора. И жалко, что, даже понимая все его трюки, Шен не хочет воспользоваться его приемами и хотя бы в глазах Эры выставить себя в лучшем свете!

Хотя, наверное, уже поздно.

— Ты в самом деле проклят! — воскликнула Эра, вскочив на ноги и выхватив из ножен меч. — Мир вздохнет с облегчением, когда ты покинешь его!

— Подожди, — произнес Шен, двумя пальцами зажав кончик направленного на него меча.

Эра потрясенно уставилась на его руку. Даже несмотря на то, что видела на постоялом дворе, она не ожидала такой разницы в силах. Энергия, колыхающаяся между пальцами хозяина Проклятого пика, казалось, в любой момент могла надломить кончик ее клинка.

— У меня осталось незаконченное дело, — продолжил Шен. — Я лично убью Демнамеласа и отомщу за смерть твоего брата. Можешь убить меня после этого.

— Эй! — возмущенно воскликнул Муан.

— Договорились? — вкрадчиво произнес Шен, устремив в глаза Эры глубокий как сама тьма взгляд.

Девушка отчетливо ощутила, что на этот вопрос может быть лишь один вариант ответа. Как бы она ни жаждала мести и справедливости, ей не справиться ни с кем из обидчиков ее брата.

Шен отпустил кончик меча, и Эра, резко отвернувшись, вышла за дверь с гордо поднятой головой.

— Надеюсь, у нее хватит благоразумия не лезть на рожон, — вздохнул Муан.

Шен скорчил кислую мину, не зная, способна ли это увидеть подушка.

— И ты не должен был обещать сдаться на милость моей сестры! — попенял мечник.

— Если я смогу убить Админа и вернуть тебя к жизни — вряд ли Эра будет по-прежнему жаждать меня убить.

Если же у меня не получится — то будет все равно.

Муану не очень нравился ход его мыслей, но, по сути, он был прав.

— И все же, тебе не стоило говорить Эре, что это твоя вина! — продолжила бурчать подушка.

— А тебе не стоило умирать! — разозлился Шен и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Какое-то время Муан лежал на кровати в виде подушки, а затем его дух отделился от нее и воспарил в воздух, ощущая вернувшуюся легкость.