С таким человеком потрясающей быть легко, ведь он не даст поводов швырять гребаные тарелки о стену.
На это способен только один человек, и я выдавливаю его лицо из своей головы, зажмурив глаза.
Мешанина коктейлей в моей крови делает его черты опасно живыми. Будто трогаю пальцами колючую линию его подбородка, складку между бровей и теплые полные губы, который захватывают кончики моих пальцев и прикусывают…
Шипучие мурашки бегут по позвоночнику, оседая внизу живота.
– Черт… – дернувшись, открываю глаза, понимая, что почти уснула.
Машина тормозит перед воротами, и Маша выпрямляется.
Ее квартира находится в новеньком таунхаусе. В престижном районе, реклама которого в последний год лезет из каждого утюга. Съем жилья здесь мало кому по карману, но зная, какой ценой достались ей эти деньги, надеюсь, что это место приносит ей удовлетворение.
– Спасибо, – взглянув на меня, она открывает дверь машины. – Увидимся? – спрашивает устало.
– Угу, – киваю.
Я действительно надралась. Настолько, что почти не помню, как добралась до дома.
Голова взрывается адской болью, когда обнаруживаю себя лежащей на диване в платье, которое похоже на жеванную бумагу.
Из окна по глазам бьет тусклый утренний свет, а по голове молотит сигнал моего орущего телефона.
Поднеся его к лицу, вижу входящий от матери и вскакиваю, понимая, что проспала.
Прежде чем ответить, несусь в туалет, понимая, что еще ни разу в жизни не являлась на семейный праздник после ведра коктейлей и ночи, проведенной, черт знает где.
Глава 10
Наши дни
Руслан
Ощущение, что за мной кто-то наблюдает, вытягивает из поверхностного сна, в котором балансирую уже какое-то время. Отодвинув в сторону вертящиеся в уме рабочие моменты, поворачиваю голову на подушке и приоткрываю глаза.
– Снег пошел, – сообщает Мишаня, как только это происходит.
Жалюзи плотно закрыты, я люблю спать в полной темноте, иначе заснуть будет проблематично, поэтому в комнате полумрак, но я предполагаю, что сейчас около семи утра, потому что знаю распорядок сына достаточно хорошо.
Мой пацан щуплый, но выше сверстников, а за лето вытянулся сантиметров на пять. Волосы смешно торчат в разные стороны, глаза с любопытством смотрят на мои трусы.
В соседней комнате звуки работающего телевизора.
– Давно ты проснулся? – спрашиваю хрипло.
– Угу… – отвечает, не моргая.
Ответ малоинформативный. Разбег от пяти минут до часа.
У меня не так много дней в месяце, чтобы выспаться, поэтому спрашиваю:
– Хочешь со мной поваляться?
– Я есть хочу. Тебе надо в туалет? – спрашивает не особо заинтересованно, имея в виду мой каменный стояк, который оттопырил трусы.
Мне не пришлось долго объяснять ему это утреннее явление, но когда сын увидел его в первый раз, был сильно удивлен.
