Он открыл глаза, смотрящие уже за грань жизни,и взглянул прямо на Ани. И обескровленными губами прошептал:

- Не плачь…по мне…

Она прорывалась к нему что было сил, убиваясь о призрачную стену – и ничего не могла сделать. Внутри маленькой искорки росло дикое пламя – и в очередной раз она рванулась к нему – и закричала от ярости, от бессилия, потому что снoва выпала в спиральном зале, в туманную реку. Тело весило сотни тонн – но она поднялась, ноги не двигались – но она шагнула вперед, к застывшему бесстрастному двойнику – и зашипела, давясь схваченным судорогой горлом:

- Ты…ты! Мне нужно туда!

Руки ее заполыхали – и на лице золотистого идола впервые проскользнуло что-то похожее на удивление.

- Ты! – громыхала она, истекая огнем - и зал зашумел, встала стеной река времени, заволновалась, погнала воды обратнo, от взбесившейся принцессы. Начали трескаться зеркала прошлого,и почернела солнечная лоза от гневного пламени. - Немедленно! Отправь меня к нему! Как мне! Как мне попасть туда?!!!

- У тебя остался всего один вопрос, – золотистый двойник растекся дымкой – и снова собрался. В улыбающуюся Пол, затягивающую волосы в хвост. – Сестренка! – крикнула она недоуменно. - Неужели ты оставишь меня?

Ангелина со свистом втянула в себя воздух и бессильно опустила руки. Погасло пламя, а в душе словно нож провернули – закровоточила, начала расти дыра на месте сердца.

Золотистая Пол недоуменно и удивленно подняла брови, закрыла лицо руками и заплакала. Как в детстве - навзрыд, с судорожными всхлипами. Задрожала – пронеслись перед Ангелиной видения о последнем дне сестры, увидела она и солнечный мост, и взгляд Полины на пробуждающегося Демьяна – и сестренка опустилась на четвереньки, оборачиваясь в медведицу. Зарычала, посмотрела на Ани пустым звериным взглядом и бросилась на нее – Ангелина упала , - щелкнули челюсти, вгрызаясь в шею, впились когти в грудь.

- Оставишь? - прорычала медведица, облизывая окровавленную пасть.

Ани всхлипнула и обняла ее, уткнулась носом в шерсть.

- Не заставляй меня делать выбор, - прошептала она, почти теряя сознание. - Только не так. Прошу.

- Один вопроc, – прошелестела медведица – и рассыпалась, поднялась ввысь тысячами парящих семян одуванчиков. - Я жду.

Старшая Рудлог помедлила всего мгновение – оно понадобилось ей, чтобы снова взять себя в руки и включить разум. И опустила голову, смиряясь.

На самом деле ведь нет никакого выбора.

И она заговорила, четко озвучивая свое желание.

Воскресенье, 18 января, Четери

Во дворце Тафии, Города-на-реке, стояло грозовое молчание, прерываемое коротким гулом периодически сотрясающейcя земли. Было светло, как очень ранним утром.