С тех пор как я сообщила Финну, что у нас будет ребенок, его позиция по поводу моих визитов к родителям ужесточилась. По его собственному утверждению, он не позволит им портить мне нервы, а его будущему ребенку дышать воздухом, отравленным неискренностью и ложью.

Я была уверена, что Кимберли сообщит маме о моей беременности, но этого не произошло, судя по тому, что родители до сих пор не атакуют меня расспросами о дате свадьбы. Какими бы не были у Ким мотивы для молчания, я ей признательна за это, но звонить с благодарностями, разумеется, не стану.

— Мы не приедем, мам. — коротко сообщаю в трубку.

Не хочу выдумывать отговорки и объяснения, чтобы утешить родительское самолюбие. Если раньше традиция семейного ужина была для меня чем-то вроде долга перед людьми, которые меня вырастили, и я готова была мириться с дозой негатива еще очень долго, то сейчас все изменилось. Сейчас я несу ответственность не только за себя, но и за малыша, растущего во мне. Такого крошечного, что его едва фиксирует аппарат УЗИ, но такого значимого, что, еще не родившись, он перевернул мой мир.

Теперь гуляя в парке, я неосознанно останавливаюсь полюбоваться красивым пейзажем, в моем айподе появился длинный список инструментальных композиций, и каждое утро я просыпаюсь с улыбкой от осознания того, что теперь нас трое. Ребенок мой и Финна. Маленький человечек, который будет похож на него и на меня. Плод нашей любви, растущий во мне.

Не знаю, способен ли материнский инстинкт развиваться так быстро, но я четко осознаю, что мой долг его защищать. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы держать его в секрете от всех, тем более от моих родственников, как можно дольше.

— Почему, Тони? — слышу растущее возмущение в голосе мамы. — Я уже купила индейку…

Финн перехватывает у меня телефон и, аккуратным движением руки вводя машину в поворот, цедит в трубку:

— Мы не приедем, потому что я против. Надеюсь, это станет для вас исчерпывающим объяснением.

Сбросив звонок, он поворачивается ко мне, и его лицо смягчается.

— Не хочу, чтобы ты оправдывалась перед ними. — объясняет, ласково проводя ладонью по моему плечу. — Я бы хотел спрятать тебя от них.

Я не могу не улыбнуться. Мне эгоистично льстит, что Финн, обычно такой сдержанный в общении с окружающими, со мной ведет себя совершенно по особенному, превращаясь в самого чуткого и внимательного мужчину на свете.

— Я могу за себя постоять.

— Тебе это не нужно, — хмурится Финн. — Для этого у тебя есть я. Никто и никогда не обидит тебя и моего ребенка.

Он возвращает мне телефон и, я не успеваю вернуть его в сумку, как он вибрирует новым входящим сообщением от Анжелы.

К сообщению прикреплена фотография нас с Финном, сделанная два дня назад.