Вика уныло смотрела на покоробившиеся паркетные шашки, на испорченный пакистанский ковер ручной работы. Потом призвала Дарью:

— Это твои эксперименты, признавайся?

Дочь, оскорбленная в лучших чувствах, заявила:

Потом вспомнила про квартирного:

— Мам, у меня наш квартирный отпуск попросил. Я разрешила…

Вика схватилась за голову.

— Мне тебя еще учить и учить! — простонала она юной ведьме. — Кто же квартирных отпускает! Эти сволочата спят и видят, как бы пакость совершить! Пока ты над ними властвуешь, они еще не высовываются, но если освободишь… Надо теперь всю квартиру по обряду защиты от нежити заговаривать. Иначе вслед за водой у нас обои начнут со стен отваливаться. Или еще что похуже… Ой, Дарья, не в добрую минуту тебе этот паскудник на глаза попался! Знал ведь, что я его не терплю!

— Я не думала, что все так получится, — потерянно пробормотала Дарья.

— Раз ты стала ведьмой, изволь почаще думать! А уж потом совершать всякие глупости! — сурово рыкнула мама. Но потом смилостивилась и принялась кормить все свое измученное наводнением семейство оладьями с апельсиновым джемом и сливками.

После оладий настроение у всех повысилось. Вика милостиво сказала: «Шли бы вы все гулять, а я примусь квартиру заговаривать» — и даже разрешила не мыть за собой посуду. Авдей поцеловал жену и укатил в бассейн, Марья вспомнила, что за ней должен был зайти Роман, чтобы устроить ей конную прогулку в Битце… Тут уж и Даша, восстановив в памяти свои ночные магические ритуалы, заволновалась и начала упрашивать сестру взять ее с собой.

— Опять будешь моего парня завлекать? — прищурившись, спросила Маша.

— Зачем? — абсолютно искренне удивилась Даша. Она вообще проснулась с ощущением такой нежной и преданной любви к собственной сестре, что упоминание о каком-то вампире лишь изумило ее.

— А зачем ты хочешь идти с нами в парк?

— Потому что я волнуюсь за тебя, Маша, — прошептала ведьмочка. — Ты никогда не смотришь на светофор, не пользуешься подземным переходом, в метро стоишь слишком близко к краю платформы… Пьешь сырую воду из фонтанчиков! И ешь на улице чебуреки, а в них, может быть, дизентерийные палочки кишат… Ты гуляй со своим парнем, а я буду тебя от всех опасностей охранять.

Выслушав от сестры такую речь, Маша разинула рот и истерически икнула. А мама Вика странно посмотрела на дочь-ведьму. Но от комментариев воздержалась.

— Ты моя любимая и единственная сестра, — закончила свою тираду Даша. — Я не могу оставить тебя на произвол судьбы!

— Даш, ты чё? — осторожно спросила Марья. — Вчера на солнце перегрелась? Или тебя твой квартирный головой об унитаз стукнул?

— Ничего подобного! — улыбнулась Даша.