Дождь прекратился полностью, и из-за расходящихся туч вырвалось дневное светило и озарило долину ярким светом. Кремон тут же остановился и замер в восхищении. И в его мыслях прозвучали нотки хорошей зависти: «Да! Весьма недурственное местечко! И ведь какое обширное наше королевство, и мест сколько в нем прекрасных, но эту долину можно смело включать в сотню самых красивых. Недаром Эль-Митолан Хлеби выбрал это место для своего уединения! Видать, не чужды колдуну порывы страждущей души скормить глазам земли родной очарованье!»

Кремон усмехнулся своим мыслям и попытке, как всегда, сложить их в рифмованные строчки.

Встряхнулся и бодро прошагал оставшийся спуск. На границе поселка он бегло осмотрел торчащий у обочины высокой валун и прочитал выбитую на срезанной гладкой поверхности надпись: «Агван». И чуть ниже: «Протекторат королевского Эль-Митолана».

Первым после граничного камня возвышалось внушительное строение трактира и прилегающие к нему с обеих сторон двухэтажные коттеджи. В одном явно можно было снять комнату, а во втором, скорее всего, жил сам хозяин с семьей, а может, и помощники.

Задние дворы были огорожены высоким забором, который путник рассмотрел еще с вершины холма.

«Ну что ж! – подумал Кремон. – После такого длительного и трудного путешествия не стоит жадничать. Организм следует кормить хотя бы изредка. Тем более что предстоит важная встреча. И негоже заявляться пред очи Эль-Митолана на голодный желудок. Заодно разведаю обстановку. Поболтаю с местными жителями, узнаю, как они относятся к своему покровителю и протектору».

В тот же момент дверь трактира открылась и выпустила наружу невзрачного мужичка с яйцеподобной головой.

Он тут же устремился к поселку, лишь несколько раз оглянувшись на трактир то ли со злобой, то ли с испугом. Но изголодавшийся Кремон не обратил на него особого внимания, сдерживая болезненные позывы от витавших в воздухе запахов горячей пищи.

Он подошел к прочной деревянной двери и первым делом прислушался. Изнутри доносился гул голосов и даже выкрики какого-то спора. Но так как явного шума драки не намечалось, Кремон изобразил на лице как можно более дружелюбную улыбку и решительно вошел внутрь. При его появлении все звуки стихли как по мановению волшебной палочки, и человек двадцать уставились на него как на привидение.

Не смутившись подобным приемом, путник громко поздоровался, прошел к свободному столу, скинул с плеч свой огромный рюкзак и поставил под стол. Затем снял куртку, повесил на спинку стула и сам с удовольствием на него уселся. И только потом обратился в сторону стойки:

– Хозяин! Мне для начала самую большую кружку пива!

Едва напиток оказался у него в руках, Кремон сразу выпил чуть ли не половину.