Он только цыкнул и спокойно продолжал:
- Поедешь в клинику. Посидишь там, подышишь воздухом, цветочки понюхаешь. Есть очень хорошие реабилитационные клиники для анонимных.
Потом спокойно повернулся к своим и сказал:
- Слон, набери, пусть ребят пришлют.
- Нах*** иди, придурок! Никуда я не поеду! Сам иди туда, торчок конченый! И вообще…
Она только что кричала и вдруг застыла, глядя куда-то в сторону. А потом резко оживилась и повеселела.
- Ну наконец-то! Наконец-то!
Влада никак не могла понять, что с той происходит, все это смахивало на припадок сумасшествия. Но только до того момента, пока не увидела, как заезжает под мост хорошо знакомая машина родителей.
У нее просто глаза на лоб полезли, когда она увидела, как из машины выходит сначала хмурый отец, потом мама. Оба смотрят на Марианну, на них с Егором. Как грозный взгляд отца останавливается на его куртке, которую Влада набросила на плечи, и гневно дергаются его ноздри.
Наверное, это сработал рефлекс. Влада тут же инстинктивно спряталась за спину бывшего мужа и даже мысленно пискнула про себя: «Это не то, что ты думаешь».
Но мгновенное наваждение сошло.
Когда мама… тихая, неконфликтная и уютная мама сердито глянула на мужа и резко его одернула:
И первая пошла вперед. Отец сразу стушевался и пошел за ней.
- Ёпт… - тихо выругался Егор.
- Так значит, это правда? - проговорила мама, глядя на Марианну, и повернулась к отцу.
А Марианна захохотала:
- Ну здравствуйте, дорогие родственнички! Вы как раз вовремя! Давайте знакомиться, что ли? Не зря же я вас сюда вызывала. Как раз полный кворум!
Отец глухо проговорил, глядя на нее исподлобья и кусая губы:
- Это почему же? - она развела руками. - Пусть все знают, какой ты верный муж. Па-па.
И тут Егор не выдержал, попер на тестя:
- И это ты меня называл козлом?
- Погоди, молодой да ранний! - рявкнул отец, сверкнув на Егора взглядом. - Не спеши мне тыкать!
И шагнул к Марианне.
- Ты какого года и откуда родом, девочка?
- Что, припоминаешь?
- Откуда ты и какого года?
- Восемьдесят пятого! Восемнадцатого марта! - с вызовом выкрикнула та. - А городок, в котором ты погулял…
Снова засмеялась с горечью, назвала маленький приморский городок и еще добавила:
- Пионерский лагерь еще там был, второй на всю страну. Орленок назывался. Три дня. Припоминаешь, командировочный папаша?
Отец замолчал, повел шеей, опустив голову, и сжал ладонью лоб. Потом повернулся к жене:
- Саша, помнишь, в восемьдесят четвертом, в июне, от нашего завода группу отправляли в командировку в район Туапсе?
Какие семейные секреты открывались. Влада слушала, зажав рот ладонью, ощущение нереальности происходящего не отпускало. Неужели это все правда? Боже, как не хотелось, чтобы это правдой было...
