Мать визжала как резаная, а я пытался увернуться от очередного удара, - Почему у всех дети как дети, а ты - сплошное наказание? Ты чего добиваешься? Чтобы скорее посадили? Ты восемнадцати дождись, может с батей в одной камере будете сидеть, - мать не унималась, - Мне людям в глаза смотреть стыдно! Ты меня в гроб загонишь! - она громко всхлипнула, шибанула напоследок рукой по спине, а я уже знал, что сейчас пойдёт на кухню рыдать.
Каждый раз, любой скандал заканчивается тем, что я ее в гроб загоню. Рыдает и параллельно телек смотрит, без слез ревет, но со звуком, чтобы мне было стыдно.
Вчера был очень хороший день, мы сдали много металла, уехали подальше за садовый кооператив Восток и наткнулись на дачные заброшки. И как же раньше мы их не замечали, это же золотое дно. Мы разобрали все, что можно было, ворота сняли, трубы выкопали. Рейсов десять точно сделали, никогда за один раз столько не сдавали. Вечером стали это дело отмечать, хорошо, что мать была на смене в ночь.
И тут эта бабка чокнутая нарисовалась, сначала по трубам стучала, потом участкового вызвала. Пришлось расходиться, но бабке должок решили вернуть, долго думать не пришлось, весь двор в говне от ее же кошек.
Мать вроде уже не так громко всхлипывает, можно выходить.
- Лёша, ты сегодня во сколько придёшь? - высовывается в коридор зареванная.
- Не знаю мам, как получится. Иду пятерки получать, - быстро захлопываю дверь и громко топаю по деревянной лестнице. Остановившись у двери чокнутой бабки, звоню в звонок и кричу: - Пожар, пожар, эвакуация! - делаю пару увесистых ударов кулаком по железной двери и радостно выбегаю из подъезда.
Все наши уже собрались, Гарик и Женек сегодня нарядные. Гарик первоклассницу несёт, а Женьку сказали нарядиться на всякий случай, вдруг будут из газеты фотографировать, чтобы в первом ряду стоял. Машка такая красивая. Хотя Машка всегда красивая. Тычу пальцем ей в спину и делаю вид, что это не я, фырчит, глаза закатывает.
Оказывается, у нас новенький, долговязый, бледный, челка пид*ская. В общем, додик какой-то, внук классухи.
После школы шатаемся по улицам минут тридцать, после чего иду в своё тайное место, в мой личный зрительный зал. Машка живет на самой окраине, на первом этаже, окна выходят на поле. Несколько лет назад, мы шарились по району, провода искали или трубы, перерывали все возможные участки.






