Точнее, та белая полоска жемчуга, что их обозначает. Не знаю, нарочно ли так сделано или нет, но жемчуг впивается мне между ног и ягодиц, причем довольно сильно. Я ощущаю каждую жемчужинку, это смущает и одновременно очень нравится, а при каждом шаге от трения жемчуга я все больше завожусь.

Выглядываю из ванной. Тиран вольготно разлегся на постели. Не спит. Ждет. Смотрит хищно, улыбается предвкушающе. Василиск поманил меня пальцем, мол, выходи, девица, не стесняйся, покажи свою красоту.

— А музыка есть? — полюбопытствовала я. — Мне бы какую-нибудь медленную, но в то же время задорную мелодию.

— Для тебя все что угодно, дорогая.

Тривэ потянулся к телефону, что-то там нажал, подключился к колонкам. По комнате разлилась музыка. Довольно известная композиция как раз словно созданная для презентации себя в танце. Я вновь скрылась в ванной и на этот раз для начала показала ножку в туфельке на высокой шпильке. Завлекательно ей помахала, и далее в дело пошла рука. Тоже так музыкально и эротичненько продемонстрировала конечность, страстно обхватив косяк. Тихонечко подхихикиваю. Так все, надо серьезнее быть.

Мужчина ждет.

Закусила губу и решительно распахнула дверь, встав в наиболее удачную для своих форм позу. Показала себя, соблазнительно выгибаясь в разных ракурсах, и продолжила танец.

— Мария, вы восхитительны, — хрипло прокомментировал Тиран, когда я оказалась возле постели и встала на колени возле мужчины. Приобняла присевшего на край кровати Василиска за торс и хитро заглянула в глаза. — Вот как мне теперь быть?

— В каком смысле? — спрашиваю, а сама уже взялась за ремень Тирана, принявшись нетерпеливо его расстегивать.

В сидячем положении белый жемчуг еще сильнее в меня впивается. Хочу!

— Я настолько впечатлен и покорен, что вряд ли уже когда-нибудь смогу еще на кого-либо положить глаз, даже если вдруг захочу.

Это Василиск к чему? Вопросительно смотрю на мужчину. Тривэ берет меня за подбородок, наклоняется и властно целует, а затем подхватывает, крепко прижимает к себе и увлекает за собой на кровать. Тиран лежит на спине, а я на нем. Владимир подхватывает меня под бедра, при этом продолжая целовать, и вдруг я ощущаю, как жемчужная нить между ног натягивается все сильнее и трется о меня вверх и вниз — это Тиран потянул ожерелье, натягивая его и заставляя двигаться в нужном ему ритме.

Я просто схожу с ума от удовольствия.

Жемчужная нить вдруг треснула. Жемчуг посыпался по покрывалу, но на это уже никто почти не обратил внимания. Лишь Тиран быстро встал, приподнял меня на секунду над кроватью и скинул на пол покрывало вместе с жемчугом, осыпавшимся по паркету с тихим стуком.

Праздничная ночь выдалась очень жаркой.