— А где же ему быть? Спит в правом крыле, в комнате рядом с кабинетом.

— Давай теперь, Володя, выкладывай, что произошло?

— Не хочешь говорить?

— О господи, как мне доказать…

— Не надо, Володя. Ничего не надо доказывать. Не хочешь, не можешь говорить, не говори. Только запомни, нужна будет помощь, обращайся. Помогу. А теперь иди. Буди друга. И разговаривайте спокойно, в моем доме шпионскими штучками не занимаются.

— Иди, Володя, бог тебе в помощь. А я погуляю, раз проснулся. Все равно теперь не усну.

Владимир шагнул в дом.

Стараясь ступать беззвучно, он прошел в комнату, где на софе, отвернувшись к стене, спал его боевой товарищ.

Рядом с постелью — объемная сумка. На стуле аккуратно развешенная одежда.

Решив не будить друга, Володя повернулся к двери и… услышал:

— Куда же вы, Владимир Алексеевич?

— Вот черт! Не спишь?

— Я вас еще в коридоре услышал, — сказал Бондаренко, поднимаясь с постели. Он встал. — Здравствуйте, Владимир Алексеевич!

Леший обнял товарища, рывком притянув к себе.

— Здорово, дружище. Рад тебя видеть, дорогой.

— Ты так и не отвык «выкать»? Бросай официальный тон, мы не в армии.

— Ну как знаешь. Как тебе удалось прибыть так быстро?

— Торопился. Понял, что вам грозит опасность. После звонка — к командиру. Тот отпустил сразу же. А у нас на базе проверяющие гостили. С ними наутро и улетел. До самого Ростова. Оттуда бортом на Москву. И вот вчера ночью проходящим поездом прибыл в Рязань. Сюда уже на такси. Дядя ваш встретил хорошо. Вот я и тут, как вы и приказывали, товарищ майор.

— Понятно. Как отряд?

— Без потерь пока. Да и серьезных операций не проводилось.

— Как Денис Горбунов?

— В командировке. В срочной, говорят.

— А не говорят, в какие края командировался наш Денис?

— Никак нет, товарищ майор.

— Давай отдохни, а с утра все и обсудим.

— Один вопрос — дело очень серьезное?

— Спи. В 7.00 разбужу.

— В 7.00 я уже на ногах буду.

— Тем лучше. Спокойной ночи!

Владимир прошел в свою комнату, покурил у окна. Лег в приготовленную постель.

Утром, после завтрака и недолгого общения с Олегом Юрьевичем, друзья уединились в беседке парка.

Леший закурил, немного подумал, собираясь с мыслями. Говорил он коротко, сухо и только по существу, поэтому описание полной картины событий не заняло и двадцати минут.

— Вот в такую ситуацию я попал, Гена, — закончил он. — Конечно, действуя только в своих интересах, я не дался бы всей «королевской рати». Но оставить Боба на произвол судьбы, тем более — с женой, сам понимаешь, не могу.

— И теперь перед нами задача — раздавить эти банды. Как Кирилла, так и Короля. Мы должны прихлопнуть их бизнес навсегда.

— Вы правы! А вообще, я удивлен. В мирной жизни — и такие дела. Покруче, чем у нас в Чечне. На войне.

— А война, Гена, сейчас везде. По всей стране.