Я бросил растерянный, взывающий о помощи взгляд Натали, но коварная сестрёнка лишь улыбнулась и пожала плечами — мол, выкручивайся сам.

— Ева… — глухо произнёс я, беря её дрожащую ладонь в свою руку и избегая смотреть на Сиренити. — Мы обсудим всё с тобой вдвоём, наедине, хорошо?

— Конечно, — выдохнула принцесса, глядя на меня, как кролик на удава.

Я засомневался: не впала ли она в ступор, но нет, вроде моргнула.

— Полагаю, с этим вопросом мы разобрались, — подвёл итог Кристиан. — Но есть один момент, который вы оба должны понимать. Король Ксендел официально объявил войну Эльдии и сбежал, погрузив страну в хаос. В ответ моё войско заняло его дворец и приняло от герцога Леотара акт абсолютной и безоговорочной капитуляции. Так что юридически на данный момент я и Сиренити являемся правителями Ксандрии. И, когда вас посадят на трон, эта коронация будет означать лишь то, что вы оба будете наместниками Сиренити. Она будет вольна издавать в вашем королевстве любые указы и руководить через вас страной по своему усмотрению. Не сомневаюсь, что первым делом ей захочется отменить рабство.

Я кинул быстрый взгляд на Сиренити — она сидела, приоткрыв рот.

— Согласна, — после недолгого раздумья кивнула Ева.

А я просто сидел, как притихший ёжик у моря. Знал уже, что этим всё обернётся: Кристиан меня предупреждал.

— А что с казной? — задала практичный вопрос Ева.

— На первое время Эльдия и Лионезия поделятся с вами финансами, — невозмутимо пояснил Кристиан. — А потом заставим Ксендела и Ашерона вернуть награбленное.

— Вы убьёте моего отца? — совсем тихо спросила она.

— Нет, просто помещу его туда, где ему самое место, — усмехнулся король Лионезии.

— В тюрьму? — голос моей невесты дрогнул. Поверить не могу: после всего, что он с ней сделал, она волнуется за него!

— В психиатрическую лечебницу. Пожизненно, — жёстко ответил Кристиан. Прямо как вынес приговор.

— И там его… будут лечить? — с надеждой предположила Ева.

Наивная. Овощ там из него сделают. И поделом. В виде безобидной морковки он причинит меньше вреда окружающим.

— Конечно, — мягко улыбнулся Кристиан.

— Я слышал, вы сегодня отбываете в Лионезию? — задал я вопрос, чтобы увести разговор от щекотливой темы.

— Верно, — тут же помрачнел он. — Завтра у меня похороны отца. Я должен присутствовать на них лично.

— Примите мои соболезнования, — с сочувствием посмотрела на него Ева.

Вот как, скажите мне, как у такого припадочного садиста могла вырасти такая нежная и добрая дочь?

— И мои, — поддакнул я.

— Спасибо, друзья, — Кристиан поднялся из-за стола, и мы все вслед за ним. — Засиделся я в вашей тёплой компании. Мне уже пора выдвигаться к флаеру.