— Эля, выключи немедленно эмоции! Он жив. Ты никого не убила и, скорее всего, вообще не виновна. Это подстава!
— Да? — смотрит на меня в недоумении.
— А кому это нужно?
— Я пока не разобрался. Поэтому помоги мне и расскажи все без эмоций.
Молчит, задумываясь, потирая виски.
— Голова очень болит, — жалобно произносит Эля.
— Иди ко мне, — разворачиваю ее к себе спиной и начинаю массировать напряженные хрупкие плечи. Зажата, напряжена до предела. Головная боль неизбежна. — Выдохни, попробуй немного расслабиться! — приказываю. В моменты слабости ее тело слушается меня безоговорочно. Нажимаю на точки на шее, массирую, ощущая, как ее отпускает.
— Я тебе говорила, что люблю твои руки? — шепчет она и склоняет голову, ластясь об мою ладонь.
— Нет, но сейчас ты изменишь своё мнение.
Нажимаю на точку на ключице и продавливаю.
— Ай! — вскрикивает, потому что это больно.
— Терпи! — давлю сильнее. — Умница, — опускаю и уже аккуратно массирую ее затылок. — Я тебе пропишу курс массажа.
— Если только массажистом будешь ты. Я свое тело никому не доверю.
— Естественно, к этому телу буду прикасаться лишь я! Только попробуй позволить кому-нибудь дотронуться и ощутишь на себе всю силу моего гнева.
Девочка ничего не отвечает, а расслабленно постанывает. Посматриваю на наручные часы. Времени у нас мало. Все потом…
Отпускаю ее, сажусь ровно, откидываясь на диван, и вновь затягиваю Элину себе на колени. Она снова седлает меня лицом к лицу, накидываю на нее пальто, кутаю. С минуту просто смотрим друг другу в глаза. Элю отпустило. Истерика прошла. Так лучше. Продуктивнее. Такая трогательная, заплаканная маленькая девочка, которую закрутило в водоворот взрослой циничной, жестокой жизни…
— Давай, Элечка, рассказывай. Время идет.
— Когда тормозила, ударилась носом об руль, немного потеряла ориентацию. Когда пришла в себя и осознала происшедшее, вышла из машины, подошла к парнишке, мне показалось, что он без сознания. Кинулась в машину за телефоном, чтобы вызвать скорую, но не успела. На совершенно пустой трассе откуда ни возьмись появилась полиция. Патруль… или нет… не знаю. Меня сразу же затащили в машину и закрыли, да я и не сопротивлялась.
Я словно потерялась…
Скорая. Парня увезли накрытого как труп. В ушах такой гул стоял, что я почти ничего не слышала, что мне говорили. Только уши руками зажимала. Так холодно было… Очнулась здесь, в этом кабинете. Следователь и еще какие-то люди рядом. Экспертиза, отпечатки пальцев… все так стремительно. Следователь – противный мужик. Говорил со мной тихо, словно заискивал, но все в язвительной форме, как будто я ничтожество.
