Этого мне больше всего и не хватало, когда я жила с парнями. Я так благодарна Оливии за то, что она дала мне возможность посещать занятия. Учеба всегда много значила для меня – я мечтала окончить университет с хорошим дипломом и изменить свою жизнь к лучшему. Это станет моим билетом к свободе от того дерьма, в котором я выросла, способом оставить все это позади и стать кем-то лучшим.

Как только занятия заканчиваются, я возвращаюсь к своей машине и с хорошим настроением еду в новую квартиру. Подпевая песне, звучащей по радио, я радуясь, что мне не нужно тащиться на автобусе или беспокоиться о том, что, когда я вернусь домой, в моем доме будет проводиться сделка с дилером.

Поднявшись на лифте, я подхожу к квартире и отпираю входную дверь, а после вхожу внутрь. Я собираюсь уже направиться на кухню, чтобы разогреть остатки еды на ужин, но тут краем глаза замечаю какое-то движение.

Я смотрю в ту сторону, и сердце замирает.

Посреди моей гостиной стоит Мэлис.

Сердце внезапно набирает обороты и начинает биться о ребра в бешеном темпе.

Какого хрена он здесь делает?

Он стоит в гостиной, словно внушительная статуя. Из больших окон в комнату льется солнечный свет, окутывая его ореолом теплого золота. Его мускулистая, покрытая татуировками фигура выглядит неуместно в этой элегантной квартире, особенно учитывая, что он, скорее всего, вломился в нее. Из-за контраста между ним самим и окружением он выглядит еще более грубым, опасным и диким.

Долгое время мы просто смотрим друг на друга.

Я не нахожу слов, отчасти от шока, что он вообще здесь, а отчасти от бури эмоций, захлестнувших меня в одну секунду. Даже после всего, что произошло, какая-то часть меня все еще рада его видеть – и я ненавижу это чувство.

Затем взгляд Мэлиса опускается на мою шею. Он высовывает язык, облизывая губы, и я тихо перевожу дыхание, стараясь не следить за его движением глазами.

– Твои синяки почти сошли, – говорит он. Голос грубый, но звучит почти… с облегчением. Будто ему на самом деле было небезразлично, что меня ранили.

Его голос разрывает напряженную тишину, и я с трудом сглатываю, выпрямляя спину. Я не могу позволить себе снова оказаться втянутой в эту историю с ним. Не могу позволить себе потерять бдительность. Когда я сказала им, что все кончено, я не шутила, и буду стоять на своем.

Я собираю весь свой гнев с того вечера, когда увидела то видео, и позволяю ему разгореться в груди.

– Да, сошли. Мне повезло, что я отделалась всего лишь царапинами и ушибами, – холодно говорю я ему. – Увы, не благодаря тебе и твоим братьям.

Мэлис сжимает челюсти, его серые глаза темнеют от гнева. Он медленно приближается ко мне, не отводя взгляда. Словно хищник, преследующий свою жертву.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, солнышко, – бормочет он.