Вдруг Евсей не бросил меня, а пытался казаться таким… Арина права, без него не узнаем ответы.
Подруга остается у меня. Поддерживает как может. Она хотя бы верит, что я бы не смогла предать того, кого люблю, хоть и прибить сейчас готова.
Не дает еще покоя поведение Мошкина… Чем-то Евка запугала его. Точно-точно! Ну не мог же он быть хорошим, а потом стать резко плохим?
Вечером стараюсь пореже попадаться родителям на глаза. Мне не хочется больше вопросов, и тяжело сознаваться, что я не оправдала надежды быть с их любимчиком из Сомовской семейки.
На вчерашнюю стажировку к отцу я так и не попал. Сам пропустил, и близнец ко мне сорвался на выручку. Плат нам из офиса помогал, находя контакты белобрысого и связываясь с администрацией торгового центра.
С утра в универ я входил уже в отличном настроении, заранее рассчитывая получить от моей непослушной девушки.
— Евсей? Не подходи ко мне!
Ну вот, уже получаю. Ничего, с Лизой и не к такому привык.
Прошу сестру оставить нас одних и тяну ее в более тихое место.
— Опять собралась со мной «никогда» не разговаривать?
— И как ты угадал? — обиженно фыркает. — Не мешай парней зазывать на свидания. Вчера с Ильей, сегодня еще с кем-то пойду. Буду менять вас каждый день. Понятно?
— Ага. Понятно, кто по заднице получит, — расставляю руки по бокам от нее, не выскочит. — Нам надо встретиться на следующей перемене, Лизок. Тебя ждут большие открытия.
— Вот еще. Зачем, спрашивается? Знала я одного парня, не доверял мне. Думаешь, пришла, куда он звал?
Под нос получаю фигу от нее. Вот ведь зараза какая!
— А я знал одну вредную и очень любимую девушку. Запретил ей с придурком белобрысым вне универа куда-то ходить. И что? Она послушалась?
— Сто раз пожалела! — ее голос срывается. — Мне правда из жалости хотелось Илье помочь. Сама знаю, что виновата. Но я же не изменяла тебе, а ты… — с грустью опускает глаза, замолкает, не все договаривая.
— Ты что, мое сообщение не прочитала?
— Нет, но и так же понятно. Ты бросил меня…
Понятно ей, ты погляди. У меня до сих пор после вчерашнего нервный тик не прошел. И снова зверею от того, что у Лизы припухшие веки, догадаться несложно… от слез.
С нежностью приподнимаю ее лицо за подбородок. Не хочу, чтобы пол для нее был меня интересней.
— Если бы я думал об измене, то не стоял там с тобой. Не слушал внимательно, как ты мне подробно описываешь, с чего ваш поход начинался. И белобрысому не дал бы уйти. Лизок, ты расстроила меня, но, как видишь, не растоптала.
Пока брыкаться не начала, успеваю чмокнуть в нежную щечку. После вчерашнего вообще не хочу ее отпускать от себя. Лиза, она еще во многом наивная.
— Зачем тогда выгнал, а? — спрашивает и жмурится, словно боится услышать.
— Домой! Разве не поняла? Я же сказал, идти домой.
