Скорее всего, прорвавшиеся корабли несли достаточно маяков для триангуляции с относительно высокой точностью. И вряд ли они будут атаковать вторые врата, которые просто взорвут при прорыве. Скорее, применят каждую крупицу способностей разведки.

— Мы немедленно начнём операцию переноса установки врат для предотвращения утечки технологии и повысим меры безопасности.

— Это наименьшее, что вы можете сделать. Готовьтесь, скоро в переговоры включится большая тройка. Сыграть в независимую силу не получится, Бертран.

[Ранее, в секторе Бездна]

Оценив ситуацию, я развернулся и побежал по коридорам обратно, на полном серьёзе решив попробовать пополнить боезапас, тем более вскрывать двери теперь остаётся разве что силой и забористым матом.

Помогал записанный скафом маршрут: сам вообще не ориентировался. Всё выглядело одинаково мерзким. Хоть и не настолько, как на «умирающем корабле», где всюду что-то капало, текло, мерцало и разлагалось.

Млять, похоже не выйдет!

Мне на встречу выбежала группа ксеносов с парой монстров. Некоторые из них были ранены. Всего один десантник остался, но у меня из оружия, способного ему навредить, только плазменная пушка Старших! Жаль, но что же — приму последний бой!

Рывок на всю мощь маневровых! Мир замедляется, так что сознание сразу начинает плыть.

Ксеносы тоже двигаются быстрее. Плазменные вспышки, кусочки металла рельсовых снарядов и шаровые молнии снимают щиты. Но я ставлю ногу на голову паукообразной твари. Особенно большой сгусток плазмы пролетает так близко, что скаф сигналит о сильном нагреве.

Толчок и плазменный снаряд взрывает голову ещё одного «техника». Они медленные, вот десантник отошёл с опасной траектории и сейчас схватит меня.

Теперь извернуться…

Не вышло. Нейроускоритель отключился, сознание плыло, по броне били снаряды. Рывок… меня схватили за ногу, плазменная пушка улетела вперёд.

Мир смазался и из лёгких выбило воздух. Млять, приложили о пол!

Череда вспышек от ударов шоковым оружием, в последний момент ощутил, как тело согнулось в конвульсиях. Тьма подступала неотвратимо, разрывая контакт с реальностью. Что я… хотел сделать?

— О… живой! Ну ты, мля, крепкая скотина!

Я резко включился и сел. Что за вашу мать⁈

Тело кольнуло болью.

Я невольно застонал, однако… ничего критичного. В сознании всплыли последние события. И тем удивительнее было, что я жив и не прикован к их разделочной доске!

Странно пахло. Мягкий белый свет наполнял комнату непередаваемого сине-оранжево-зелёного цвета с преобладанием первых двух. И около меня… сидел Ян. И не он один.

Я ошалело оглядел людей в комбезах, сидевших на полу. Да и я сам тут лежал! Жёсткая, но всё же немного упругая текстура напоминала медицинскую кушетку с тонким слоем мягких полимеров.