– Всю мою жизнь в одном чемодане? Конечно.

На противоположной стороне мы остановились у края тротуара и обернулись.

Кто-то где-то выстрелил из невидимой и беззвучной пушки. От этого выстрела половина здания обрушилась.

– Звучит так, словно взорвали причал Вениса, – сказал Генри.

– Или будто развалились «американские горки».

– Или как в тот день, когда выдирали рельсы большого красного трамвая.

Затем рухнула оставшаяся часть дома.

– Пошли, Генри, – сказал я. – Пойдем-ка домой.

– Домой, – произнес слепой Генри и радостно кивнул. – У меня никогда не было дома. Хорошо звучит.

Я пригласил Крамли, Роя, Фрица, Мэгги и Констанцию на прощальную вечеринку, перед тем как родственники Генри приедут и увезут его в Новый Орлеан.

Громко играла музыка, пиво лилось рекой, слепой Генри в четырнадцатый раз торжественно пересказывал историю с обнаружением пустой могилы, а Констанция, полупьяная и полураздетая, кусала меня за ушко, и тут дверь моей убогой хижины распахнулась.

– Я прилетела ранним рейсом! Пробки на дороге чудовищные. А, вот вы где! Тебя я знаю, и тебя, и тебя.

И тут Пэг встала в дверях, указывая пальцем.

– А это что еще за полуголая дамочка?! – закричала она.