А теперь ко мне есть еще вопросы? Нет? Тогда всего доброго, спасибо за внимание.
После чего я проследовал к своему классу. Экзамен должен был начаться с минуты на минуты, и я боялся опоздать…
Потерев виски, я устало откинулся назад, глядя на лист перед собой. Примеры не были сложными, но я все время отвлекался на мысли о произошедшем. Не слишком ли жестоко я поступил? Хотя нет, в следующий раз будут бояться сунуться.
Совсем дети от рук отбились. Нападать на человека, что даже будучи инвалидом справился с большой толпой, это надо быть конченным идиотом. А если бы я принял его вызов? Он вообще понимал, что я мог запросто его убить? От случайностей в поединках никто не застрахован.
Я сидел и наблюдал за сильно уменьшившимся классом. Судьба отправленных в Нижние Миры меня не интересовала — они знали, на что шли. А если и не знали, это их проблемы.
Звонок внутренней телефонной связи заставил меня слегка напрячься. Вот как чувствую, что по мою душу — и оказался прав. Меня вызывали к директору.
Помня свой предыдущий поход к нему, я на всякий случай собрал свои вещи и на глазах у всего класса демонстративно проверил иглы. Доверия у меня ни к кому уже давно не было. Правда на этот раз обошлось, хотя, проходя мимо туалета, я невольно сжал кулаки, ожидая удара — но нет, все было тихо.
— Вас ждут, — равнодушно произнесла дородная секретарша, на миг оторвавшись от экрана компьютера. Ей на меня было глубоко плевать, мне на нее тоже.
Сделав невозмутимое лицо с выражением легкого княжеского презрения ко всем окружающим, я толкнул тяжелую дверь и вошел в кабинет. Поздоровавшись с обрюзгшим мужчиной, у которого все тревожные годы жизни обозначились на обширной лысине, я без разрешения уселся в кресло. Была мысль еще и ноги закинуть на стол, как это принято у британцев, но не стал — так сидеть будет неудобно.
Я князь, а он, если и аристократ, то по любому ниже меня по положению. Раз уж взял на себя роль наглого аристократа, надо доигрывать до конца. И главное не переиграть.
— Тимофей Владимирович, -слегка поморщился он от моей бесцеремонности и его глаза сверкнули злостью. — Я видел, что вы сделали с учениками в коридоре школы. Это недопустимо.
— Они сами напали, я лишь защищался, -равнодушно пожал плечами я. — Все ведь живы и относительно здоровы? Вот видите. Я очень гуманный человек.
— У нас тут школа, а не Нижние Миры. Мы не калечим учеников…
И увидев, как удивленно вскинулась моя бровь, он тут же закашлялся и судорожно сделал глоток воды из стакана.
— Все равно, это не снимает с вас ответственности в жестоком…
— Так, давайте определимся сразу… простите, не помню, как вас по имени-отчеству. Никакой жестокости не было, более того, я был очень гуманен. Представьте себе, если бы я принял вызов на дуэль от первого идиота.
