— Найди меня поскорее, ладно? Иначе я прямо там усну… — глаза закрываю и издаю громких храп.
Андрей тихо смеется, по-прежнему глядя в телефон тянется ко мне и щеку целует.
— Я тебя спасу, обещаю.
Усталость и правда накатывает тяжелой волной и когда нас мама Марины и Олина сестра разводят по каморкам я облегченно вздыхаю. Тут по крайней мере нет музыки. А от нее я уже порядком устала.
Я размещаюсь на узком диванчике и жду своего спасителя. Уснуть тут не получится даже если очень сильно попытаться.
Через три минуты после исчезновения в коморку входит Громов. Победоносно стреляет в меня глазами и опирается на косяк двери.
Я удивленно хлопаю ресницами и могу выдать лишь рассеянное
Я сама видела, что нашим мужьям, как в битве экстрасенсов Завязывали черные повязки, что бы те ненароком не подглядели, куда их жен прячут.
Так-то глупости такие…
— У меня есть доступ ко всем камерам. — Андрей телефоном трясет, отрывается от двери и движется в мою сторону. — Комнат тут не так много. За минуту вычислил.
Андрей поднимает меня на руки и выносит из комнаты.
Я непонимающе шарю по красивому лицу мужа.
— Андрей, а… Как ты доступ получил?
Не ну правда. Левый ресторан…
— Кирюха систему взломал. — ухмыляется и головой качает. — Когда этому парню будет лет пятнадцать меня посадят, Гелька… За то, что мой сын взломал сервер пентагона. — Громов обреченно качает головой и ухмыляется.
— Ну капец… — ворчу я и устало обмякаю в руках мужа.
Да уж… Кирюха нам даст жару. Семь лет ребенку, сума сойти! Если я узнаю, что мой сын еще что-то умеет, я точно грохнусь в обморок.
Наша семья побеждает не только в этом конкурсе…
Мы забираем добрую половину всех подарков, потому что участвуем почти во всех конкурсах.
Домой возвращаемся уставшие и безумно счастливые. Мы с Андреем много целуемся, шутим и обнимаем детей. На душе такое умиротворение…
Я быстро переодеваюсь в удобную пижаму и забираюсь с ногами на диван. Мы в гостиной сидим. Дети сели рисовать.
— Помни мне ножки. — капризничаю и вытягиваю на ногах мужа отекшие ступни.
За окном так неожиданно разбушевалась непогода.
— Смотри, какой кошмар на улице начинается… — добавляю я все тем же капризным голосом.
Андрей начинает растирать мои пальчики и я замурчать готова. Закрываю глаза.
— Буря мглою небо кроет
Листья желтые кружа.
Я распахиваю веки и удивленно на мужа смотрю.
— Это что за поэзия, Громов? Ты стихи пишешь?
Муж на спинку дивана откидывается и мечтательно тянет.
Я смеюсь и на колени к нему перебираюсь.
— Правда я ни разу в жизни ни одного стихотворения не закончил. — в шею меня целует и вновь голову откидывает. — Помню в пятнадцать лет в девчонку влюбился.
