А я чуть не забыла, как тяжело держать лису в тесном помещении, это все-таки дикий зверь.
— Ну и имя – Габриэль, — улыбнулась я, когда мальчишка и лиса к всеобщей радости выкатились за двери.
Габби даже успел соорудить для Алисси поводок, фиксируемый на шее и груди. Из обычного лисичка умудрялась выкрутиться через минуту.
— В честь легенды об огненном ангеле, видно, назвали, — мол, ничего такого, местный фольклор, пожала плечами Дерси. — На севере рыжие – чуть ли не благословение в семье. А на юге их сразу начинают подозревать во второй ипостаси.
— Подозревать? — удивилась я. — Разве вторая ипостась – это плохо? Ну а как же там разные драконы, фениксы...?
— Так то драконы и фениксы, — усмехнулась Дерси. — А также наги, грифоны, василиски – высшие эти… симби… симбо… древние, одним словом. Эти ипостаси доступны только одаренным и высокородным. А тому, кто не так знатен и унаследовал оборотничество – в волка или лису обращаться, в горных барсов или рысей. От этого не почесть, а позор. Такого ведь первого спросят, куда куры из сарая делись.
— Тогда понятно, — протянула я... и вздохнула: пришло время поговорить откровенно. — Ты ведь очень удивилась, когда я спокойно отнеслась к безобразию, которое учинили Габби и Алисси, да?
Дерси отвела взгляд и буркнула:
— Не удивилась я. Давно подозревала. Как вы за предательство не наказали подвалом – так и поняла. Госпожа Эвери непременно наказала бы. Дня три в подвале бы продержала, а я страсть как боюсь темноты.
— Ну-ка, ну-ка, поподробнее, — заинтересовалась я.
— Так ведь, — служанка помялась, — все совпало. В храме накануне говорили, что Небесные Сферы соприкоснутся скоро, чтобы прихожане бдительней были. Тут же всякая демоническая дичь начнется: прорывы там, покойники ходячие, души заблудившиеся...
— Ты продолжай, — ласково велела ей я, — про души особенно.
Дерси вздохнула еще горче:
— Я вас под утро проверить пришла, уж больно вы накануне... понервничали, когда хозяин вас в спальню не пустил. И сока этого... будь он проклят... полсклянки выхлебали... Ну… вы лежите… как мертвая. А потом встали.
Продолжение истории я додумала сама. Эвери умерла, опившись зелья из пурпурной орхидеи – я умерла, убитая метастазами. Мы поменялись местами... Или моя душа оказалась сильнее и заняла вакантное место. Я очнулась и механически, еще не включив ум, двинулась искать мужа. Потом состоялся тот эпичный разговор.
Разумеется, я больше не была похожа на экзальтированную госпожу Фалькон. От Гидеона скрыть изменения оказалось проще – он все приписывал хитрости злокозненной супруги. А вот служанка знала меня намного лучше.
Я к радости обнаружила, что Дерси ничуть не испугана появлением новой хозяйки на месте старой.
По ее представлению, все объяснялось столкновением Сфер.
