Клан Борзых: Приемыш

Вот же жук, понял, что спровоцировал моё поведение в последние дни, и решил так отмазаться. Нет уж.

— Вы меня подставили, да так, что отдуваться пришлось другим. Не надейтесь на то, что я просто обо всём забуду. Будете должны и очень серьёзно.

— Но ведь всё обошлось. Не так ли? — поправляя очки, улыбнулся Кирилл. — Наоборот, получилось как нельзя лучше. Вы получили официальное прощение и назначение на должность, которой другие добиваются десятилетиями.

— Вы сами верите в то, что говорите? Вижу, что нет. Итак, мы поняли друг друга?

— Думаю, небольшая услуга, в пределах разумного, будет уместна, — нехотя признал библиарий и протянул руку, которую я без сомнения пожал.

— Надеюсь, на этом конфликт между нами исчерпан?

— Да, конечно. Нам ещё долго сидеть в замкнутом пространстве без нормального света, так что лучше такие вещи проговаривать сразу и не копить обиды.

— Совершенно с вами согласен, — улыбнувшись сказал Кирилл. — Чем займётесь теперь? Отвертеться от обязанностей комиссара у вас не выйдет.

— И не собирался, как раз иду выполнять самые непосредственные — поддерживать боевой дух и хорошие отношения в коллективе, — ответил я, направляясь в столовую.

Сегодня, после всего пережитого, у нас был и траур, и небольшой праздник, вызванный необходимостью. В холодильниках очищенного форта нашлось немало припасов, и, чтобы сэкономить электричество, было решено уничтожить их самым приятным способом — съесть.

— Комиссар, идите к нам! — стоило зайти в помещение, донёсся до меня голос Василия. — Не поверите! Удалось урвать свиные рёбра в настоящих томатах! Деликатес! Гарантирую, вам понравится!

— Когда это свинина деликатесом стала? — прогудел Иван.

— Да и помидоры — нормальная еда. Это только вы, заводские их по праздникам видите.

— Я городской! — привычно недовольно высказался Манулов, чем вызвал смех от соседних столов.

— Для городского ты слишком часто ошибаешься, — усмехнувшись сказал я и решил присоединиться к десятникам. — Где Михалыч?

— Сержант на посту. Считает каждую перевезённую бочку с квашеной капустой и каждую стальную болванку, — скептически усмехнулся Вася. — Никогда не понимал этой тяги к цифрам. Какая разница, посчитаешь ты или нет? Всё равно кончится.

— Ты и к патронам так же относишься?

— Это другое, — тут же заявил Манулов, поправив патронташ на груди. — патроны счёт любят. А капуста, ну её…

— Ты не прав. Капусточка, да белокочанная, тушёная, да с мясцом… ммм… — протянул Быков. — Объедение!

— Сразу видно — на ферме рос, и мычишь так же, — усмехнулся Васька и привычно отпрянул, когда Иван хотел отвесить ему затрещину. — Ха, ещё и мазила! Без пушки в руках даже с десяти метров мажешь!

— Зато одним залпом бью больше, чем ты за час! — похвалился Быков.