Крысиные гонки

накаркал: кто-то появился и на колокольне, завозился там в проёме, устраиваясь; грохнул оттуда из ружья…

Алла ответила, картечь хлестнула по проёму, жалобно звякнул совсем небольшой стальной колокол, скорее даже колокольчик, судовой, рында, по бедности видимо скомунизженный Отцом Андреем где-то на корабле, а скорее у кого из коллекционеров выменянный или выпрошенный, а то и в пункте вторсырья выкупленный — пока серьёзных, достойных колоколов не было, священник повесил на колокольне хоть этот — но звонить в него стеснялся видимо, уж больно звук был «не торжественный», не церковный, рында, что ты хочешь, только склянки отбивать, не больше…

Стрелок на колокольне спрятался, — но это всё равно плохо; там, сверху, у них преимущество…

Гулька с надеждой смотрела на Владимира, на его разгрузку и его автомат; и Алла тоже, оглядываясь, посматривала — типа, что делать да когда он подключится; и видно было что с его появлением, да ещё до зубов вооружённым, они очень и очень приободрились.

Сейчас-сейчас, дамы, мы этот вопрос порешаем… в лес которые — без стволов убежали? Чтоб в спину не стреляли, с той стороны пойду… не знаете? — ну ладно.

Значит так: позиционную войну вести не будем, не перспективно это. Патронов сколько ещё?.. Ага. Короче, всё как было — постреливайте, держите их в напряге, главное сами не высовывайтесь и — правильно, смотрите чтоб сзади не зашли. А я сейчас вот тут, слева, обойду… вижу я что открытое место, я ползком — Алла, слышишь, ты этому, на колокольне не давай главное высунуться — он сверху меня только может подстрелить, эти-то не достанут! Значит так: я обогну сейчас церковь, и из-за вон…