— Ничего, — скривился Хоггарт как от неприятной ситуации, так и от головной боли. — Сэр, а можно как-то без этого? Вам не кажется, что шутка затянулась? Удостоверение у меня настоящее, я в этом на сто процентов уверен. Нет, если желаете потерять время, то я готов к любым проверкам.

— Не заговаривай мне зубы, Хоггарт, если ты на самом деле тот, кем представился. Думаешь, я не узнал русского языка? Может, ты советский шпион?

— У вас глупые шутки, сэр, — состроил угрюмую физиономию Дункан. — СССР распался в девяносто первом году — об этом любому известно. А я гражданин Великобритании.

Моя приёмная мать эмигрантка из России, поэтому я знаю русский язык.

Констебль привёл Дункана в ближайшее отделение полиции. Усадив его на стул в просторном помещении, он строго сказал:

К нему подошёл высокий и худой рыжеволосый мужчина с вытянутым лицом. Он был лет на пять старше констебля и в форме инспектора.

— Джеймс, ты кого привёл? — спросил тот.

— Подделка документов, господин инспектор. Нашёл парня валяющимся в Стоунхендже. А он мне вот какой документ вручил.

Констебль протянул инспектору водительское удостоверение Дункана.

Начальник внимательно разглядел кусочек пластика.

— Хм… Забавно. Джеймс, где ты тут подделку разглядел? Водительское удостоверение совершенно иного образца, чем установлено государством. Явно же, что шуточный документ. Дата рождения и выдачи подтверждают это.

— Сэр, — продолжил констебль, — парень утверждает, что действительно родился сегодня, то есть третьего июня восьмидесятого года!

— М-да? — перевёл внимательный взор на юношу инспектор. — Молодой человек, что скажете?

Дункан был ошарашен и обескуражен.

Пока они шли с констеблем к отделению полиции, он обратил внимание на то, что по улице ездят старинные автомобили и ни одного старше восьмидесятого года выпуска. Это можно было бы принять за масштабную шутку, но не слишком ли жирно устраивать подобный розыгрыш для обычного студента колледжа? На это наложился пропавший забор, окружающий Стоунхендж, форма полисменов старого образца, устаревшие кэбы на улице, отсутствие неоновой рекламы и компьютеров на столах бобби. Вместо них стояли старые печатные машинки. И если что-то одно можно было объяснить, то всё в целом указывало на то, что он провалился в прошлое.

Эта мысль не давала ему покоя. Дункан не считал себя глупым малым. Глупец не может получить государственную стипендию для обучения в колледже, на которую претендует как минимум сто человек. Он понял, что дальше говорить правду будет глупо. Насколько он помнил, в прошлом его запросто могли упечь в психушку.

— Сэр, я не понимаю, что происходит… — Дункан пытался сообразить, чего такого соврать, чтобы выглядело правдоподобно.