Когда засыпа́ли, обломки с городских строек использовали вперемешку с глиной.
О камни инструмент тупится, от резины отскакивает.
Я выковырял деревце вместе с колтуном почвы и понёс.
Будет Кисоньке сюрприз – она любит деревья.
Сама любит и меня приучила.
Раньше я любил только вещи, любил умерщвлённое для моей пользы, превращённое в искусные изделия и красивые предметы. А теперь люблю живое.
Вот, например, деревце. Его тоже люблю. Не успел выкопать, уже полюбил.
От ворот до самого нашего дома тянется лужайка.
Кое-где кустарник и цветы.
На противоположной стороне лужайки дом с флигелем.
Перед крыльцом, в кресле, полулежит богиня Инста.
Убрана богиня сдержанно. На лице очки от солнца, на бёдрах лоскут от взглядов. Ногти богини покрывает лак, губы – помада.
Из кустов выскочила собака и бросилась мне навстречу.
Я не боюсь собак, тем более это моя собака. Она существовала с самого начала, просто ползала под террасой в поисках ящериц, поэтому я её не упомянул.
Собака преданно заглянула мне в глаза, обнюхала клок корней и успокоилась – дерево ей не конкурент.
Я оставил ношу в тени у забора, помыл руки под краном и подошёл к богине.
Собака бежала впереди, изображая дозор.
Собака облизала богине ноги, и та захихикала.
Так хихикают те, кто не прочь, но всё равно артачатся.
Я склонился к богине, чтобы поприветствовать её поцелуем, но меня остановил и даже заставил вздрогнуть звук удара.
Десятилетний мальчишка, сын богини, пнул футбольный мяч в стену дома.
– Ты с ума сошёл? – спросила богиня сына.
– Мне скучно! – крикнул мальчишка.
– А ну-ка, повтори по-немецки! – велела богиня.
Сын богини изучает немецкий, и она не упускает возможности заставить его практиковаться.
– Их вермиссе! – гаркнул мальчишка и, пиная мяч, побежал по лужайке. Собака с лаем бросилась следом.
Ни богиня, ни тем более я не знаем немецкого, но звуки, которые издал её сын, показались вполне немецкими. И неудивительно, ведь слова он произнёс с гавкающей интонацией, а в конце выбросил вперёд правую руку на манер Гитлера. Речи последнего сын богини непрерывно смотрит в интернете и уже научился неплохо подражать кумиру. Богиня не осуждает привязанность мальчишки к тирану – иностранный язык лучше всего усваивается в игровой форме.
Не успели мы с богиней налюбоваться резвящимся малюткой, как он издал истошный вопль, которым подкрепил попытки пнуть собаку. Собака уворачивалась, не выпуская из пасти мяч, утративший круглую форму.
– Она его прокусила! Прокусила своими мерзкими зубами!
Непреклонная богиня даже не повернула голову.
– Я понимаю только по-немецки.
– Дерхундбисдинбаль! Дер хунд бисс дин баль! – проорал маленький фюрер сквозь слёзы.
– Скажи это папе, пусть купит тебе новый, – посоветовала богиня ласково.
