Он сейчас на острове Сул, занимается похоронами «Кузьмы».

– Вот еще одно подтверждение того, что сын бизнесмена жив, – заявила я, – иначе бы папочка привез его тело в Москву.

Александр Михайлович крякнул и потянулся к телефону.

Обвинения против Павла Петровича развалились, словно домик поросенка, на который дунул злой волк. Никаких следов преступлений в Новопольске не осталось. Матерые адвокаты свалили всю вину за случившееся в клубе на Максима Карелина, дескать, старший Богородов прибыл в «Рокко» уже после того, как тело Лидии увезли. Стеллу никто убивать не собирался, Павел Петрович только хотел, чтобы Валентина не подняла скандала, не рассказала об адюльтере.

Старшая Визжалкина скончалась от инфаркта. Яхта перевернулась случайно. Игорь Бурков жив и здоров, он вылетел в Бразилию спустя несколько дней после трагедии с новобрачными. В одном самолете с ним оказалась Елизавета Павлова, барменша из московского клуба средней руки, но что в этом особенного? В громадном «Боинге» сидела еще масса пассажиров. Тело Лидии не нашли, Максим Карелин не вернулся в Москву, с острова Сул он перебрался в Рио-де-Жанейро, и там его след, как, впрочем, и следы Игоря Буркова, затерялся. Сотрудникам Дегтярева удалось лишь установить, что поздно ночью в понедельник, за день до свадьбы издателя сын банкира приходил в клуб «Рокко», именуемый молодежью «Колбасой». Бурков разговаривал с Кузьмой, оказалось, что они с Дикси учились в одном институте и отлично друг друга знали. Гарик напился, и приятель устроил его в vip-комнате. Джонни продемонстрировал счета, из которых стало ясно: Игорь покинул номер в среду, после полудня.

– Фиг его знает, куда он поехал? – разводил руками управляющий.

 – Я Гарику не нянька. Дикси за него из жалости заплатил.

Добравшись до этой стадии, расследование забуксовало, а потом окончательно рассыпалось. Слабым утешением мне послужило то, что Павел Петрович снял свою кандидатуру с выборов. На этот раз у него хождение во власть не получилось.

Мне пришлось рассказать Алле о смерти Стеллы. Девочка долго плакала и отказывалась от операции, которую мы оплатили в одной из лучших московских клиник. В конце концов ее уговорила Маша.

– Не будь дурой, – сердито сказала она Алле, – Стелла была бы счастлива узнать о том, что ты стала бегать.

Операционное вмешательство прошло удачно, на период реабилитации мы забрали Аллу в Ложкино, а сегодня опять привезли в клинику. Через неделю Аллочке предстоит улететь во Францию, там она будет учиться в пансионе, перед дорогой нужно еще раз сдать анализы и проверить работу титановых суставов.

Устроив Аллу в палате, мы с Александром Михайловичем и Машей медленно шли по коридору и столкнулись с Карелием Леопардовичем.