Мне жаль, что не оправдал твоих ожиданий. Я уже говорил, но повторю: иногда чувств недостаточно, чтобы всё было по-другому. Ты ураганом ворвалась в мою жизнь, я не планировал с тобой никаких отношений. И с самого начала старался быть максимально честным.

– Максимально честным? Правда? Есть грани, которые переходить нельзя, и эта – одна из них.

Я бросаю взгляд на бумаги. Они всё ещё лежат на полу, и хочется каждую поднять и зачитать вслух, чтобы напомнить о честности по отношению ко мне.

– Мне выгоден этот брак. Разводиться я не планирую. Я собирался сказать тебе обо всём позже и при других обстоятельствах.

Знаю, ты бы хотела услышать, что это неправда, но это не так.

Всё-таки правда…

Я хватаю сумку с вещами и выскакиваю наружу. Когда оказываюсь за воротами его дома, в котором пережила лучшие моменты в своей жизни, из меня вырывается громкий всхлип. Я на грани истерики. Пока ещё хоть что-то соображаю, тянусь к телефону и вызываю такси. Знаю, что Ринат мог бы отвезти меня, куда я скажу, но не хочу, чтобы человек Динара видел мои слёзы. Глубоко внутри какая-то часть меня всё ещё не верит, надеется, что Динар сейчас выйдет и скажет, что это ошибка или розыгрыш.

Я жду такси. Пять минут, десять, но из дома никто не выходит.

До квартиры доезжаю как в тумане. Поднимаюсь наверх и долго стою у двери, не в силах попасть ключом в замочную скважину. Я держалась из последних сил, чтобы не плакать при таксисте, но когда переступаю порог квартиры, из груди вырывается вой. Сползаю по стене вниз и сижу в темноте на полу. Долго сижу. А потом иду в спальню и ложусь на кровать. Наверное, со временем боль станет меньше, но сейчас она сочится из каждой поры. Я сама выбрала этот путь – влюбилась в мужчину, который в итоге переступил через мои чувства.

Мне кажется, после такого я больше не смогу доверять ни одному человеку.

Динар ведь мог признаться во всём, но столько времени молчал и ничего не говорил. Спал со мной, а женат был на другой. Вспоминаю, как жалела чувства Катины, что она влюблена в Динара, но не может к нему прикоснуться, и громко смеюсь. Смех похож на истерический. Себя мне в тот момент нужно было пожалеть. Она к мужу прилетала, а я всё это время была его любовницей.

На работу в салон я больше не выхожу.

Из квартиры съезжаю и переезжаю в Гатчину. Я не была там с того времени, как случилось нападение на Макса. Но сейчас идти мне некуда. Полететь с Максимом и его семьёй я не могу. Не хочу никому мешать. И эту идею отметаю сразу."

"Так проходит ещё неделя. Я изредка выхожу из дома лишь для того, чтобы купить продукты или выкинуть мусор. Динар никак не даёт о себе знать. Но я не жалею, что ушла от него, мне сложно такое принять.

Через две недели я вспоминаю о предложении Ильи полететь с ним на юг.