- Ой, ну теперь, конечно же, мне намного легче стало! - процедил Денисов, вновь уставившись на окошко пассажирской стороны, явившее ему столь ошеломляющую, тошнотворную картину. - Думаешь...

- Да пошел ты! - спокойно произнес Георгий, и в следующее мгновение Костя почувствовал, что остался один. Он еще раз ощупал свою голову, так и не ощутив того, что щупает, потом попытался найти пульс вначале на одной руке, потом на другой, но не было ни привычного биения жилки, ни, собственно, самих рук - одно лишь сопротивление воздуха. Одно лишь препятствие.

Либо препятствие, либо отсутствие такового...

Это что же - теперь он, Константин Денисов, лишь препятствие или отсутствие такового?!

- Бред... - прошептал он, глядя на искореженную машину, напрочь утратившую красоту, блеск и изящную строгость линий. Теперь она походила на огромную консервную банку, упавшую с большой высоты. И содержимое этой банки - груда бесполезных деталей и Костя,

так и не доехавший до шикарной инструкторши по йоге. Вокруг него шумела растревоженная аварией улица, кто-то пробегал мимо, кажется, кто-то даже пробежал через него. Костя этого не замечал - сидел и сидел на бордюре, ничего не соображая, - один, вне жизни и пространства, связанный с миром лишь ощущением холодного металла на своем пальце, и снег летел и летел сквозь него. Денисов тупо смотрел на бесчисленные снежинки, выпархивающие из его голой груди и живота, точно он сам превратился в некую нелепую снежную тучу. Снежинки выпархивали беззаботно и весело, теперь в их пляске ему чудилось нечто насмешливое, и он ненавидел каждую из этих чертовых искрящихся пушинок.

- Нет! - внезапно крикнул Костя, вскакивая. - Да это же...

Оставшиеся ключи звякнули на его пальце, и он осекся. Потом поднял руку, разглядывая их с кривой усмешкой. Куда же могут привести его эти ключи? В какой еще кошмар. Если длинный ключ привел его, как говорил Георгий, в первый день, то...

Усмешка сползла с его лица, и Костя снова посмотрел на свою машину, вокруг которой уже суетились какие-то люди. Первый день. Третий день. Девятый...

Он поднес ключи к глазам, чуть ли не уткнувшись в них носом, и тут сзади недовольно сказали:

Костя раздраженно обернулся:

- Разве ты не ушел?!

- И рад бы, да не могу! - буркнул Георгий. - Во-первых, мне не с руки портить свою репутацию. А во-вторых, не желаю, чтоб на моей совести оказался призрак.

- Неужто быть призраком так уж плохо? - осведомился Денисов со всевозможнейшим для обстоятельств скептицизмом.

- На мой взгляд, всяко лучше, чем быть тобой! - огрызнулся наставник. - Чего ты ждешь?! Либо иди в третий день, либо возвращай ключи...

- Но я должен посмотреть... - Костя вяло махнул рукой в сторону "Ауди".

- Еще не насмотрелся?

- Я должен хотя бы убедиться, что меня оттуда нормально вынут...