— На следующих выходных.
— Да-да, помню. Я уже освободила для вас местечко в своем плотном графике.
Отец смеется, интересуется как все прошло. Включает динамик и к разговору присоединяется мама.
В груди становится тесно от переполняющих эмоций. Я самый счастливый человек на свете. У меня всё есть!
Мама не сразу поверила в нашу с Мишей пару. Но со временем, мне кажется, прониклась Басаргиным и его отношением ко мне и ребёнку.
Смешно вспоминать, но как только родился Илья, я не находила себе места. Мне все время казалось, что Медведь смотрит на сына и задается одним важным вопросом.
В один прекрасный день украдкой собрала материал и передала его в лабораторию, чтобы получить результаты ДНК-теста.
Спустя два дня вручила конверт Басаргину, едва дыша от волнения. Он же разозлился и разорвал результаты в клочья. Снова! Я расплакалась от обиды. Миша обнял меня и сказал, что я дурочка. Пришлось озвучить ему устно, что вероятность отцовства составляла девяносто девять и девять процентов.
— Передай Медвежонку, чтобы готовился к приезду деда и присматривал в квартире новые местечка для пряток, — произносит напоследок отец.
— Обязательно передам, — заверяю его. – Пап…
— Что, Рыжик?
— Я вас с мамой очень люблю.
— И мы тебя. Честно-честно.
Кладу трубку, смаргиваю слёзы и возвращаюсь в ресторан. Последние дни были безумно насыщенными и волнительными. Я просто не справляюсь с эмоциями.
Проходя мимо детской, я задерживаюсь и не обнаруживаю там сына! Только Веру, которая снимает видео, эффектно танцуя и двигаясь.
— Где мальчишки? – спрашиваю обеспокоено.
— А, эти, — отмахивается дочь Сони и Ярослава.
Тихо посмеиваясь и расслабляясь, я возвращаюсь к мужу и прижимаюсь к нему. Незаметно для всех целую в шею, вдыхаю его запах. Люблю. Кажется, с каждым днём все сильнее и сильнее.
Он нежно поглаживает мои колени под столом, недвусмысленно намекая на горячее продолжение вечера.
— Мам, а мы скоро поедем домой? – спрашивает Илья, сев рядом на диван и сложив на груди руки.
Он сердитый, хмурый. Когда сын в таком настроении – то просто вылитый отец!
— Скоро. Ты чем-то расстроен?
— Нас с Ромкой отшили, — заявляет серьезно.
— О боже! Почему?
— Сказали, что нужно сначала дорасти и только потом знакомиться.
Илья указывает на девчонок, которые им с Ромой понравились. Те сидят в другом конце зала вместе с родителями. Красивые, как куклы. Но взрослые — явно старше моего пятилетки.
С трудом прячу улыбку, утешаю Илью как могу. Говорю ему, что он у меня лучший на всем белом свете. И я его люблю. Для меня важно, чтобы в этих словах сын никогда не сомневался.
Домой мы попадаем после десяти. Илья уставший, обессиленный.
