Дочь княжеская. Книга 4

Последняя книга о девочке, угодившей через дыру в скале Парус в мир магии и зелёного солнца.Последняя дочь правителя Сиреневого Берега пройдёт последнее смертельное испытание.Но злой маг, доставший всех своей привычкой пожирать души жертв, тоже хочет жить. Он не отступит так просто…

За окном истошно заорала курица.

Снесла яичко не простое, а золотое. Куриную душу её в потроха!

Болела голова. Болела так сильно, что перед глазами плыла багряная кисея, не давая толком рассмотреть комнату. Что комната, вне всяких сомнений. Стены… окна… потолок.

Старое зеркало-трюмо, темный лак поверхностей подзеркальной тумбочки.

Обои в веселенький цветочек, и рыжие, колышущиеся, солнечные пятна на стене. Довольно поздно…

Снизу поднимался дразнящий, вкусный запах свежепожаренных оладий. Наверное, ещё и с вареньем.

Что-то было не так. Что-то отчётливо шло не так!

Вокруг — моя комната. Прежняя комната в прежней жизни. Бабушкин дом, Геленджик. Так что, мне всё приснилось, что ли?! Скала Парус… другой мир. Зелёное солнце, Жемчужное Взморье. сЧай…

Я — Хрийзтема Браниславна, внебрачная дочь князя Сиреневого Берега и Стража Грани Земли.

Я — маг Жизни… И я… что-то… сделала недавно. Что-то важное. Правильное.

А всё вокруг — за то, что мне приснилось и это.

Заткнётся эта тупая курица когда-нибудь или не заткнётся?!

Хрийз поднялась с мятой постели, подошла к зеркалу. Долго всматривалась в отражение. Да, она видела — себя. В роскошной ночной рубашке, в которой её выдернуло из замка прямо в пещеры. Атласную белоснежность ткани не могли скрыть полностью пятна и грязь. Шёлк струился сквозь пальцы подобно мягчайшей невесомой пыли.

Да, это я.

Я, Хрийзтема. Маг Жизни…

Вот только собственной магической силы, к которой уже привыкла настолько, что перестала практически замечать, сейчас не могла ощутить вообще. Уроки Кота Твердича не исчезли из памяти. Исчезла основа. Сама возможность контролировать что-либо в магическом диапазоне.

Может быть, это временно? Может быть, не навсегда?

Солнечный свет, льющийся из окна, не содержал ни намёка на зелень. Жёлтое, золотое, давно забытое сияние. Вспомнилось, как тяжело привыкала к зелёному солнцу там. Теперь происходило то же самое, только в обратную сторону.

Глаза! Если всё приснилось, то глаза не должны быть синими! Изначальный цвет своих глаз Хрийз не помнила, помнила только, что они не были синими. Синие — подарила Сихар, восстанавливая зрение.

Из зеркала смотрела на Хрийз синеглазая девушка.

Так что же, чёрт возьми, произошло?! Где я?!

Она поспешно oзиралась, узнавая и не узнавая знакомые стены. Земля, Геленджик… и в тo же время… Мебель стоит не так, плакат с белокурой девицей и драконом, подпись — «Игра престолов».